Мишель Фуко

Кафедру психоанализа во Франции он открыл первым, а к сорока годам его книга о языке и человеке разошлась тиражом, немыслимым для философского труда. Но известен Мишель Фуко прежде всего не академическими заслугами, а тем, что сделал философию инструментом уличной политики: ходил на демонстрации, собирал сведения о тюрьмах, вступался за диссидентов и однажды получил сломанное ребро в столкновении с полицией.

От Пуатье до Высшей нормальной школы

Поль-Мишель Фуко родился 15 октября 1926 года в Пуатье в состоятельной семье. Отец был успешным хирургом, преподавал анатомию в местном медицинском колледже, оба деда тоже были хирургами. И отец, и дед по отцу носили имя и фамилию «Поль Фуко», но сам он благодаря матери получил второе имя «Мишель». Питая неприязнь к отцу, который вёл себя в кругу семьи деспотично, Фуко с юных лет называл себя Мишелем, избегая имени «Поль». Сестра Франсин была старше его на пятнадцать месяцев, брат Дени — младше на пять лет.

До 1940 года он учился в иезуитской школе — лицее Генриха IV, затем перешёл в коллеж Святого Станислава. И там, и здесь был почти постоянно одним из лучших учеников, получал награды за успехи во французском, греческом, латинском, английском языках, истории и философии. В 1943 году получил степень бакалавра. Готовясь поступать в парижскую Высшую нормальную школу, провёл два года на подготовительных курсах в лицее Генриха IV в Пуатье, но в 1945 году поступить не удалось, и ещё год он учился на курсах в Париже. Здесь благодаря преподававшему Жану Ипполиту, переводившему «Феноменологию духа» Гегеля, Фуко увлёкся философией и познакомился с творчеством Гегеля; тогда же изучал Ницше, Маркса и Фрейда.

В 1946 году по результатам экзамена он оказался на четвёртом месте во всей Франции и с осени стал учиться в Высшей нормальной школе. Приспособиться к коллективному образу жизни там он не мог, часто конфликтовал с другими студентами. В это время он проявлял суицидальные наклонности и совершил попытку самоубийства; причиной, как полагает большинство исследователей, явились тяжёлые переживания в связи со своей гомосексуальностью, которую во Франции того времени осуждали моралисты и преследовала полиция. Вместе с тем он отличался от соучеников работоспособностью, эрудицией и ироничностью, проявлявшейся в высмеивании других студентов и постоянных спорах.

Психология, Лилль и уход из коммунистической партии

В 1948 году Фуко получил в Сорбонне степень лиценциата по философии, а затем захотел получить и степень лиценциата по психологии. Слушал лекции по общей и социальной психологии, вводный курс психопатологии, посещал занятия на естественнонаучном факультете ради аттестата по психофизиологии, ходил на занятия психолога Даниэля Лагаша в парижском Институте психологии, вместе с другими студентами бывал в больнице Святой Анны и клинике Флери-лез-Абро. В 1949 году получил степень лиценциата по психологии и диплом Института психологии.

В 1950 году, находясь под влиянием работавшего в Высшей нормальной школе репетитора по философии Альтюссера, он вступил во Французскую коммунистическую партию, хотя был тогда в большей мере гегельянцем, чем марксистом; партийных собраний почти не посещал и не соглашался с позицией партии в отношении гомосексуальности. В том же году провалился на экзамене на звание агреже, что удивило многих: в Высшей нормальной школе он считался выдающимся студентом. Вердикт председателя жюри гласил: «Кандидат, несомненно, эрудирован и незауряден, поэтому его неудачу следует считать случайной. <…> Он получил вполне традиционную тему, но не стал развивать её, а поставил своей целью продемонстрировать собственную эрудицию». Ещё год он продолжал заниматься и в 1951 году успешно выдержал экзамены.

В 1951—1955 годах Фуко читал лекции по психологии в Высшей нормальной школе, проводил там семинарские занятия; его лекции пользовались большой популярностью у студентов. В 1952 году получил должность ассистента на кафедре психологии университета Лилля, преподавал психологию и историю психологии, еженедельно живя в Лилле два-три дня; этот период длился до 1955 года. Работал стажёром в психиатрической больнице Святой Анны, помогал проводить тестирование и эксперименты в её электроэнцефалографической лаборатории, а также работал в электроэнцефалографической лаборатории в тюрьме Френа, где находилась главная тюремная больница Франции.

От работы психологом он в конце концов отказался. Одной из причин было излишне тяжёлое лечение пациентов с помощью электросудорожной терапии и лоботомии. Сам Фуко по этому поводу отмечал: «Это была эпоха расцвета нейрохирургии, начала психофармакологии, господства традиционных институтов. В первое время я принимал всё это как необходимое, но по прошествии трёх месяцев (медленно соображаю!) я начал задаваться вопросом: „Почему же всё это необходимо?“ Прошло три года, я бросил эту работу и отправился в Швецию, с чувством большой неловкости за самого себя; там я начал писать историю своей практической работы и осмыслять её».

В 1953 году он вышел из коммунистической партии — по собственному утверждению, в связи с советским «Делом врачей», которое поддержала Коммунистическая партия Франции. Тогда он ещё оставался марксистом, однако в ближайшие годы отказался от идей марксизма, и книга «Слова и вещи», изданная в 1966 году, содержит выпады против марксизма. В первой половине 1950-х у Фуко сложились бурные любовные отношения с молодым музыкантом Жаном Барраке, длившиеся два или три года перед его отъездом в Швецию в 1955 году.

Швеция, Польша, Германия: диссертация и «История безумия»

В 1955 году Фуко получил должность преподавателя в университете Уппсалы в Швеции, читал лекции по французскому языку и литературе, работал директором «Французского дома» в Уппсале, задачей которого было распространение французского языка и культуры. Он устраивал культурные вечера с показом фильмов, организовал театральную труппу, ставившую спектакли на французском и гастролировавшую по другим городам Швеции, читал лекции в Институте французской культуры в Стокгольме. Там же писал диссертацию, почти готовую к 1958 году; защитить её в Швеции не удалось — стало ясно, что излишне консервативные шведские учёные не дадут ему такой возможности. В 1956 году Барраке письмом сообщил ему о решении разорвать отношения.

В 1958 году во время майского кризиса Фуко вернулся в Париж, чтобы принять участие в политических событиях, а через месяц переехал в Варшаву, где работал над созданием французского культурного центра, читал лекции в университете и Институте романских языков, выполнял работу советника по культуре во французском посольстве и дорабатывал диссертацию. С 1959 года жил в Гамбурге, руководил Институтом французской культуры, преподавал французскую литературу на отделении романских языков философского факультета университета. Там он приступил к «второй диссертации» — переводу «Антропологии с прагматической точки зрения» Канта и большому историческому введению к ней.

В 1960 году Фуко вернулся во Францию, познакомился и начал совместную жизнь со студентом Высшей нормальной школы Даниэлем Дефером, который стал его спутником до конца жизни. Оба считали необходимыми открытые отношения и порой встречались с другими партнёрами. С октября 1960 по весну 1966 года он читал лекции по психологии в университете Клермон-Феррана, живя в Париже и каждую неделю туда ездя; материал этих лекций лёг в основу будущих книг, в частности «Слов и вещей».

В 1961 году была издана диссертация «Безумие и неразумие. История безумия в классическую эпоху». Обе диссертации Фуко защитил в мае 1961 года и получил учёную степень доктора. Основная диссертация была удостоена бронзовой медали от Центра национальных научных исследований, и её издание принесло ему известность. Издание кантовской «Антропологии» в его переводе состоялось в 1963 году; тогда же вышли «Раймон Руссель. Опыт исследования» и «Рождение клиники: археология взгляда медика», а также ряд статей о французских писателях — Роб-Грийе, Руссо, Ж. Верне, Флобере, Малларме, Батае, Бланшо, Клоссовски. В начале 1960-х он стал популярным лектором: на конференции 1964 года в Ройомоне, посвящённой Ницше, прочёл ставший знаменитым доклад «Ницше, Маркс, Фрейд». В 1965—1966 годах участвовал в разработке университетской реформы под руководством министра национального образования Кристиана Фуше и премьер-министра Жоржа Помпиду; реформа была принята в 1967 году.

«Слова и вещи» и поворот к политике

В 1966 году в издательстве Gallimard вышла книга «Слова и вещи» с подзаголовком «Археология наук о человеке». Хотя она предназначалась в основном для философов и специалистов по истории науки, книга приобрела широкую популярность и стала бестселлером: к 1990 году во Франции было продано свыше 110 000 экземпляров, что для философской книги — крайняя редкость. Рецензии напечатало большинство парижских газет, книга вызвала бурную и длительную полемику и сделала Фуко харизматической фигурой.

В 1966 году он поехал в Тунис вслед за Дефером и до 1968 года жил в городке Сиди-Бу-Саид неподалёку от столицы, преподавая в столичном университете философию, психологию, историю искусства и эстетику западной живописи. Публичный курс о «человеке в западной философии» каждую пятницу посещали более двухсот слушателей разных возрастов и профессий. Во время антиправительственных студенческих выступлений в Тунисе Фуко прятал у себя в доме студентов, опасавшихся арестов; у него во дворе тайно находилась принадлежавшая представителям оппозиции типография. За домом и машиной началась слежка полиции, он получал угрозы и официальные предупреждения от тунисских властей. В 1966—1967 годах Фуко и Ж. Делёз занимались подготовкой к печати перевода на французский полного собрания сочинений Ницше, а в 1967—1968 годах в Сиди-Бу-Саид он писал «Археологию знания».

В мае 1968 года, во время событий в Париже, Фуко находился в Тунисе и оттого не принял в них участия, о чём глубоко сожалел. Уехав из Туниса, он окончательно поселился во Франции. Участвовал в организации экспериментального университета в Венсенне, входил в комиссию по подбору кадров, занял должность «председателя философского факультета». Стремясь собрать в Венсенне «цвет современной философии», добился, чтобы к факультету присоединился ряд философов, в том числе Делёз. Там же он создал первую во Франции кафедру психоанализа, пригласив туда главным образом психоаналитиков лакановского направления. В этот период Фуко начало волновать его стареющая внешность, и он решил побрить голову; сложился знакомый всем образ — белый свитер с воротником-поло и вельветовый костюм, «чтобы не надо было гладить».

В конце 1960-х Фуко во многом разделял убеждения молодого поколения гошистов, сотрудничал с левыми радикалами и, как и они, относился крайне неприязненно к коммунистической партии. Его «История безумия», прежде воспринимавшаяся как академическое исследование, была переосмыслена в контексте антирепрессивного социального движения и воспринята как декларация гошистских идей. В Венсенне он участвовал во многих оппозиционных акциях, в частности в захвате студентами университета 23 января 1969 года; после стычки с полицией сотни человек были арестованы, а Фуко и Дефер провели часть ночи в полицейском участке. По словам Д. Эрибона, в этот период «родился новый Фуко» — ангажированный философ, «получивший боевую закалку в Венсенне»; с 1969 года в нём начинают видеть воплощение интеллектуала-борца.

Коллеж де Франс и «Группа информации по тюрьмам»

В 1969 году вышла «Археология знания» — книга, ставшая широко известной за рубежом, но встреченная резкой критикой в интеллектуальных кругах Парижа. В 1970 году Фуко получил должность профессора, заведующего кафедрой истории систем мысли в Коллеж де Франс, при этом ему отдали предпочтение перед также претендовавшим на должность Полем Рикёром. Вплоть до 1984 года он читал там лекции, обычно составлявшие циклы из двенадцати лекций, каждую неделю с января по март; они играли важную роль в интеллектуальной жизни Парижа. Один из слушателей, Ж. Петижан, отмечал: «В аудитории триста мест, но в неё набилось пятьсот человек, занимая каждый свободный дюйм пространства. Ступить некуда. Я сделал глупость, придя за сорок минут до начала лекции. В результате мне приходится стоять». К числу слушателей относились Леви-Стросс, Делёз, Фернан Бродель.

С 1970 по 1975 год он прочитал курсы «Воля к знанию», «Пенитенциарные теории и учреждения», «Карающее общество», «Психиатрическая власть», «Ненормальные»; в 1975/76 учебном году — «Нужно защищать общество», в 1977/78 — «Безопасность, территория, население», в 1978/79 темой стала политическая рациональность, иначе говоря «либерализм» в том смысле, который Фуко вкладывал в это слово. С конца 1970-х он посвящает лекции преимущественно «Истории сексуальности», а в 1983/84 темой становится соотношение «правдоречия» (parrhesia) и «заботы о себе» в Древней Греции. Лекции не дублировали опубликованные при жизни книги и не были их набросками — даже когда темы совпадали; после смерти Фуко они были опубликованы в издательстве Gallimard, публикация длилась с 1997 по 2015 год.

В начале 1971 года по инициативе Фуко была создана «Группа информации по тюрьмам»; причиной стали участие Дефера в запрещённой революционной организации La Gauche prolétarienne и арест некоторых её участников. Целью были сбор и предание гласности информации о положении заключённых, привлечение внимания общества к жестоким условиям их содержания. 8 февраля Фуко зачитал манифест, публично объявив о возникновении группы, на пресс-конференции в капелле Святого Бернара. В манифесте он указал свой парижский адрес, и каждый день к нему приходили недавно освободившиеся заключённые и их жёны, которых он тщательно опрашивал — итогом стали сотни анкет. Группа выпускала брошюры, привлекала врачей, юристов и социальных работников, организовывала митинги, демонстрации, театральные представления; в различных городах создавались дочерние комитеты, количество членов увеличилось почти до трёх тысяч человек. В декабре 1972 года группа самораспустилась.

1 мая 1971 года полицейские задержали и жестоко избили Фуко и Жана-Мари Доменака у ворот парижской тюрьмы «Санте», где они раздавали листовки с призывом уничтожить криминалистические досье. Фуко подал жалобу в суд, однако суд отказался возбудить дело. 27 ноября 1971 года он участвовал в демонстрации против расизма на углу улиц Полонсо и Гут-Д’Ор в арабском квартале Парижа; на той же демонстрации присутствовал Сартр, и оттого она носила мирный характер — полиции была дана инструкция не трогать Сартра. Тогда была создана знаменитая серия фотографий Фуко и Сартра с микрофонами в руках. В те же дни Фуко и ещё несколько человек создали комитет «Джелали» для изучения условий жизни в арабском квартале и юридической помощи иммигрантам; сам Фуко, несмотря на давление нескольких входящих в комитет рабочих-арабов, занимал отчётливо произраильскую позицию. В 1971 году он в эфире нидерландского телевидения участвовал в дебатах с Ноамом Хомским.

16 декабря 1972 года полицейские задержали и избили Фуко во время демонстрации, посвящённой памяти рабочего-алжирца Мохаммеда-Диаба, убитого в полицейском участке. В 1973 году вместе с небольшой исследовательской группой он опубликовал книгу о Пьере Ривьере, юноше, в начале XIX века осуждённом за убийство своих матери, брата и сестры; в книгу вошли записки самого Ривьера, материалы следствия и психиатрических консультаций. 31 марта 1973 года Фуко участвовал в демонстрации в Бельвиле и Менильмонтане против «циркуляра Фонтане», ограничивавшего права мигрантов на жительство и работу; в первых рядах шли он и Клод Мориак.

В 1975 году вышла книга «Надзирать и наказывать» с подзаголовком «Рождение тюрьмы». Она получила огромное количество откликов и стала чрезвычайно популярной в короткие сроки: тираж разошёлся очень быстро, и к концу года книгу издали второй раз. В 1977 году она вышла на английском под заголовком Discipline and Punish: The Birth of the Prison; примерно в те же годы были изданы англоязычные переводы других книг Фуко, и англоязычные читатели восприняли его как ведущего критического мыслителя своего времени.

Осенью 1975 года, в связи с вынесенным в Испании смертным приговором одиннадцати противникам режима Франко, Фуко участвовал в акциях протеста, в том числе в пресс-конференции в Мадриде; испанские полицейские воспрепятствовали её проведению, задержав Фуко и других участников и посадив их в самолёт, взявший курс на Париж. Смертный приговор одиннадцати испанцам привели в исполнение, однако акция привела к демонстрациям в поддержку испанских оппозиционеров по всей Европе. В 1976 году, выступая по телевидению, Фуко рассказал о деле М. Штерна из Винницы, обвинённого во взяточничестве и приговорённого к восьми годам принудительных работ после того, как двое его сыновей эмигрировали в Израиль, а сам он отказался заставить их остаться в СССР. Выступление привело к тому, что делом заинтересовались представители Международной конференции в Хельсинки, и в итоге Штерн был освобождён.

В 1977 году Фуко участвовал в акциях в защиту адвоката из ФРГ Клауса Круассана, обвинявшегося властями ФРГ в превышении полномочий при защите клиента, и выступал против его выдачи французскими властями. Во время одной из этих акций полицейские избили Фуко, сломав ему ребро, однако на следующий день он вновь отправился на демонстрацию в поддержку Круассана. В июне 1977 года, во время пребывания в Париже Л. Брежнева, Фуко и Пьер Виктор организовали встречу французских интеллектуалов с советскими диссидентами; среди пришедших были Л. Плющ, А. Синявский, А. Амальрик, В. Буковский и М. Штерн, а из французских гостей — Сартр, Симона де Бовуар, Ролан Барт.

«История сексуальности» и последние годы

В середине 1970-х Фуко начал работу над многотомным трудом «История сексуальности». Первоначально планировалось написать шесть томов, однако в итоге вышли из печати только четыре. В 1976 году был опубликован первый том под названием «Воля к знанию». Книга сразу вызвала интерес у широкого круга исследователей, занимающихся анализом проблем пола и социального конструирования сексуальности; тираж разошёлся очень быстро, и издательство выпускало всё новые тиражи. К июню 1989 года количество проданных экземпляров достигло ста тысяч.

В 1978 году под редакцией Фуко в издательстве Gallimard были опубликованы воспоминания Эркюлина Барбена — гермафродита, жившего в XIX веке; в мае того же года он прочёл доклад на тему гермафродитизма на конгрессе, организованном ассоциацией сексуальных меньшинств. С сентября 1978 года статьи Фуко, в частности репортажи о революции в Иране, печатались в миланской газете Corriere della sera в рубрике «Расследования Мишеля Фуко»; в сентябре — октябре он дважды побывал в Тегеране. В июне 1979 года участвовал в организации пресс-конференций в поддержку беженцев из Вьетнама.

В конце 1970-х — начале 1980-х Фуко становится чрезвычайно популярным в США; в Time по этому поводу писали о «культе Фуко». В октябре 1979 года он прочёл ряд лекций, посвящённых тематике человеческих ценностей, в Стэнфордском университете близ Пало-Альто, в октябре 1980 года читал цикл лекций «Истина и субъективность» в университете Беркли. Дж. Миллер писал о лекции в Беркли: «Они собрались за час, заполнив все места в большом холле. И тем не менее люди продолжали подходить. Вскоре ещё несколько сотен человек собрались снаружи и пытались проникнуть в холл. Подтянулась полиция. Двери заперли. Разъярённая толпа снаружи кричала и напирала на двери».

В 1981 году Фуко выступил в защиту Жака Деррида, который, поехав в Прагу на организованный диссидентами семинар, подвергся там аресту за «распространение наркотиков». По Франции прокатилась волна протестов; Фуко был одним из первых интеллектуалов, кто подписался в защиту Деррида, также он поддержал его в выступлении на радио. Через несколько дней Деррида освободили, и он вернулся во Францию. В декабре того же года, в связи с введением генералом В. Ярузельским военного положения в Польше, Фуко и социолог Пьер Бурдьё составили текст воззвания, осуждавшего режим Ярузельского; воззвание напечатала газета Libération, его текст зачитал Ив Монтан в передаче радиостанции «Европа 1». Фуко активно участвовал в пропагандистской кампании против режима Ярузельского, принимал участие в поставке в Польшу медикаментов, продуктов, книг и оборудования для типографии, работал во французском комитете поддержки польского движения «Солидарность». В октябре 1982 года он отправился в двухнедельную поездку, сопровождая грузовик организации «Врачи Мира», ехавший с гуманитарной помощью в Польшу.

Осенью 1983 года Фуко и ещё несколько человек создали внепартийную группу «Академия Тарнье», задачами которой были сбор информации по конкретной проблеме и поиск возможностей публичных действий; заседания посвящались отдельным политическим проблемам — Ливан, Афганистан, Польша.

Последние полтора года жизни Фуко страдал частыми, ослабляющими его заболеваниями, его мучили головные боли, приступы лихорадки и постоянный сухой кашель. По мнению биографов, хотя и не все его разделяют, он знал, что страдал СПИДом; тем не менее никто из врачей вплоть до самой смерти так и не поставил этого диагноза — анализ крови на специфические антитела к ВИЧ в то время ещё широко не применялся. Как утверждал Дефер, Фуко ещё с декабря 1983 года знал, что умирает, был уверен, что врачи ему не помогут, и очень интенсивно работал. С начала 1984 года он чувствовал себя всё хуже и признавался: «Я всё время словно в тумане».

В 1984 году, незадолго до смерти, вышли второй и третий тома «Истории сексуальности». Последние недели Фуко напряжённо работал над доработкой четвёртого тома и планировал опубликовать его осенью 1984 года, однако незадолго до смерти письменно воспретил все посмертные публикации своих неизданных работ. По этой причине четвёртый том «Признания плоти» длительное время не публиковался, хотя написан был раньше второго и третьего. 2 июня Фуко упал в обморок и был госпитализирован: сначала его поместили в частную клинику, затем в Сальпетриер. У него обнаружили сепсис, осложнённый неврологическими проявлениями; лечение антибиотиками вначале улучшило состояние, но 24 июня наступило резкое ухудшение, и на следующий день Мишель Фуко скончался.

Новости о смерти философа были опубликованы во всех парижских газетах, Libération посвятила ему восемь страниц и через несколько дней напечатала статью о его жизни. Во дворе больницы Сальпетриер собралось несколько сотен человек, в том числе известные философы, деятели искусства, польские диссиденты. 29 июня Фуко похоронили на маленьком кладбище в Вандёвр-дю-Пуату; присутствовали немногие — в основном члены семьи и близкие друзья.

Частые вопросы

Правда ли, что Фуко основал первую во Франции кафедру психоанализа?

Да, он создал её в экспериментальном университете Венсенна, пригласив туда главным образом психоаналитиков лакановского направления.

Почему он вышел из коммунистической партии?

По собственному утверждению — в связи с советским «Делом врачей», которое поддержала Коммунистическая партия Франции. В партию он вступил в 1950 году под влиянием Альтюссера и вышел из неё в 1953 году.

Почему четвёртый том «Истории сексуальности» не выходил так долго?

Незадолго до смерти Фуко письменно воспретил все посмертные публикации своих неизданных работ, и «Признания плоти» длительное время не публиковались, хотя том был написан раньше второго и третьего.

Что известно о его смерти?

2 июня 1984 года он упал в обморок и был госпитализирован с сепсисом, осложнённым неврологическими проявлениями; 24 июня наступило резкое ухудшение, и 25 июня он скончался. Похоронен 29 июня в Вандёвр-дю-Пуату.