Теодор Адорно

Человек, который сказал, что после Освенцима нельзя писать стихов, и которого студенты-леворадикалы в последний год его жизни осыпали лепестками роз, обнажившись перед ним на лекции. Теодор Адорно (1903–1969) — немецкий философ, социолог, композитор и теоретик музыки, представитель Франкфуртской критической школы, автор «Негативной диалектики» и «Эстетической теории».

Вундеркинд из виноторговой семьи

Он родился во Франкфурте-на-Майне в обеспеченной буржуазной семье: отец, Оскар Александр Визенгрунд, был еврейского происхождения и занимался виноторговлей, мать, оперная певица Мария Кальвелли-Адорно делла Пиана, — итальянского и католического. Родители поженились в 1898 году. С 1913 по 1921 год Теодор учился в гимназии имени кайзера Вильгельма, которую окончил экстерном, и одновременно поступил в местную консерваторию. В детстве он слыл вундеркиндом. В пятнадцать лет сдружился с журналистом Зигфридом Кракауэром, ставшим его интеллектуальным наставником: несколько лет подряд они вместе по субботам читали «Критику чистого разума» Канта. В последнем классе Адорно познакомился с книгами Дьёрдя Лукача и Эрнста Блоха, которые произвели на него большое впечатление.

Философия, музыка и Хоркхаймер

В 1921 году он поступил во Франкфуртский университет, где изучал философию, музыковедение, психологию и социологию. Научным руководителем стал неокантианец Ганс Корнелиус, один из основоположников гештальтпсихологии; на его семинаре Адорно познакомился с Максом Хоркхаймером, ставшим его ближайшим товарищем. В конце 1924 года он защитил диссертацию о феноменологии Эдмунда Гуссерля.

В 1925 году Адорно поселился в Вене, где изучал композицию у Альбана Берга и брал уроки игры на фортепиано у Эдуарда Штойермана. Уже в 1926 году, разочаровавшись в иррационализме Венского музыкального кружка, вернулся во Франкфурт. Там он работал над диссертацией о мысли Канта и Фрейда («Концепция бессознательного в трансцендентной теории разума»), которая так и не была принята. С 1928 года примкнул к возглавляемому Хоркхаймером Институту социальных исследований, на базе которого сформировалась Франкфуртская школа неомарксизма; формальным сотрудником института числился с 1938 года.

Музыкальный критик и эмиграция

С начала 1920-х годов Адорно выступал в печати как музыкальный критик — первую статью «Экспрессионизм и художественная правдивость» опубликовал в семнадцать лет. С 1921 по 1932 год вышло около сотни его музыковедческих статей; в 1928–1931 годах он был редактором венского авангардистского музыкального журнала «Der Anbruch». Первой философской публикацией стала габилитационная диссертация 1930 года «Конструкция эстетического у Кьеркегора», написанная под руководством теолога-экзистенциалиста и христианского социалиста Пауля Тиллиха. По возвращении во Франкфурт Адорно преподавал в университете; вступительную лекцию в качестве приват-доцента «Актуальность философии» прочёл в мае 1931 года.

Приход нацистов к власти застал его врасплох: в отличие от товарищей, тоже левых евреев, он не выехал сразу, а решил выжидать, но уже в сентябре 1933 года как «неариец» был лишён права на преподавание. В 1934 году эмигрировал в Великобританию, а в 1938 году — в США, куда его пригласил Хоркхаймер, сделав штатным сотрудником института. В 1938–1941 годах Адорно работал в Нью-Йорке директором научно-исследовательского проекта радиовещательной компании, в 1941–1948 годах — содиректором исследовательского проекта Калифорнийского университета в Беркли. Со своим коллективом (Эльза Френкель-Брюнсвик, Дэниел Левинсон, Невит Сэнфорд) итоги исследования он изложил в книге «Авторитарная личность» (1950).

«После Освенцима нельзя писать стихов»

Эта фраза стала одной из наиболее цитируемых у Адорно. Критика культуры и общества, развитая им совместно с Хоркхаймером («Диалектика просвещения», 1947), сложилась в русле гегелевской диалектики, отчасти психоанализа Фрейда, марксистской критики товарного фетишизма и овеществления. В центре внимания — социально-антропологические изменения: отмирание рефлексии, замена её стереотипными реакциями, связанные с развитием массовой «индустрии культуры» и стандартизацией отношений в «управляемом обществе».

Адорно критиковал феноменологию, экзистенциализм и неопозитивизм, развил идеи антисистематической «негативной диалектики». В ней отрицание, в отличие от гегелевского, перестаёт быть моментом перехода к новому синтезу и выступает и как релятивирование всякой замкнутой системы понятий, и как отрицание наличной действительности во имя конкретной возможности «утопии», не формулируемой в виде позитивной модели. Огромное значение он придавал критике идентифицирующего мышления. В «Негативной диалектике» писал: «в сознание человека ввинчивается истинностный момент идеологии, там, где есть инструкция и указание, не должно существовать никакого противоречия, никакого антагонизма». Искусство для него — сфера, в которой воплощается «неидентичность» человека самому себе.

Эстетика и музыка

Эстетическое учение Адорно представлено прежде всего тремя работами: «Философия новой музыки», «Введение в социологию музыки», «Эстетическая теория». При написании работ по эстетике он вдохновлялся трудами Вальтера Беньямина, с которым имел возможность общаться лично; особенно повлияли сочинения периода от «Происхождения немецкой барочной драмы» (1928) до «Пассажей». Однако реакция Адорно на работу Беньямина «Произведение искусства в эпоху его технической воспроизводимости» была достаточно негативной: там, где Беньямин называл кино авангардным медиа и желал ему развития, Адорно видел лишь избыток индустрии культуры.

Философ Гюнтер Фигаль считает главной работой Адорно посмертно опубликованную «Эстетическую теорию», которую автор не успел завершить. Германист Герхард Кайзер писал о ней как о работе, в которой показаны все мотивы его мышления. Уже во вводном разделе Адорно говорит о двойственном характере искусства как автономного и социального факта: произведения интегрированы в условия производства и в качестве продуктов социума являются продающимися товарами, но их автономия социально определена, и из неё следует, что произведения искусства нефункциональны.

В философии музыки Адорно музыка предстаёт сферой искусства, где наиболее полно реализуется «неидентичность» в человеческой деятельности. Предзаданные формы тональности музыкального языка он считал выражением тоталитарного характера общества, а экспрессионизм музыки Шенберга — примером выхода из этого замкнутого круга. Критерием истинности искусства выступает актуализация конфликта между обществом и личностью.

Сам Адорно был автором нескольких произведений — песен, камерной инструментальной и хоровой музыки, написанной в близкой экспрессионизму манере. В 1930-х годах он бросил сочинять; последнее законченное сочинение — 6 пьесок для оркестра op. 4 — датировано 1929 годом. Основной исполнитель и публикатор его произведений для фортепиано — Мария Луиза Лопес Вито.

Возвращение и конфликт со студентами

В 1949 году Адорно вернулся во Франкфурт-на-Майне, в 1953 году стал руководителем Института социальных исследований, а в 1963 году — председателем Немецкого социологического общества. В том же 1963 году получил медаль Гёте города Франкфурта-на-Майне. Книги Адорно, как и других членов Франкфуртской школы, оказали существенное влияние на становление «новых левых»; его семинары посещала Анжела Дэвис, а сам он резко критиковал капитализм и войну во Вьетнаме.

Однако на волне подъёма студенческого движения в 1968–1969 годах он вошёл в резкое противостояние с леворадикальными студентами. Поначалу он встречался с представителями Социалистического союза немецких студентов, а выходки слушателей были скорее ироничными: на его лекцию об «Ифигении в Тавриде» Гёте, прочитанную по приглашению Петера Сонди в Свободном университете Берлина, принесли растяжку «Левые фашисты Берлина приветствуют Классициста Тедди». В письмах Герберту Маркузе Адорно писал о непродуктивности молодёжного протеста, «законных требованиях и сомнительных средствах студенчества». Листовка протестующих провозглашала: «Профессор Адорно всегда готов засвидетельствовать склонность западногерманского общества к бесчеловечности. Однако он отказывается высказать своё мнение, столкнувшись с конкретным проявлением бесчеловечности». Когда группа студентов собиралась устроить политическую дискуссию в опечатанной аудитории, Адорно вызвал полицию. Когда студенты в отместку сорвали его курс «Введение в диалектическое мышление» — трое студенток обнажили перед ним грудь и осыпали его лепестками, — профессор отменил последующие лекции и уехал в Швейцарию для работы над «Эстетической теорией». Там он и скончался от инфаркта 6 августа 1969 года.

Критика и память

На протяжении многих лет Адорно подвергался критике за предполагаемый элитизм. Он отвечал: «Мое отвращение к презрению к массам... велико. Никто не может выступать против масс с элитарной надменностью; он тоже является их частью». За нападки на Дьёрдя Лукача его резко критиковал Иштван Месарош, отмечая, как излагает Джон Беллами Фостер, что Адорно «опубликовал свою полемику против Лукача в журнале Der Monat, основанном армией США и финансируемом ЦРУ (после чего она была быстро перепечатана в других изданиях, финансируемых ЦРУ в Соединённых Штатах и других странах), в то время как сам Лукач все ещё находился под домашним арестом за свою роль в Венгерской революции».

В 2003 году к юбилею Адорно недалеко от университета во Франкфурте-на-Майне, где многие годы проходила его преподавательская и научная деятельность, на площади его имени был установлен памятник — авторская работа русского художника Вадима Захарова, выигравшего международный конкурс на сооружение мемориала. Памятник представляет собой стеклянный куб на паркетной основе, внутри которого находятся рабочий стол и кресло философа. На столе — безмолвно стучащий метроном, подпирающий первое издание «Негативной диалектики», рукописи и лампа, зажигающаяся по вечерам. На фундаменте вокруг — названия основных трактатов Адорно и его афоризмы. Одна из стеклянных поверхностей, обращённая к университету, уже в дни сентябрьского юбилея 2003 года была разбита камнем, и по прозрачной плоскости прошла трещина. Памятник восстановлен в первоначальном виде.

Вопросы

Правда ли, что Адорно был композитором?

Да. Он учился композиции у Альбана Берга в Вене и написал несколько произведений — песни, камерную инструментальную и хоровую музыку в близкой экспрессионизму манере. Последнее законченное сочинение, 6 пьесок для оркестра op. 4, датировано 1929 годом; в 1930-х он бросил сочинять.

Почему у него две фамилии — Визенгрунд и Адорно?

При рождении он носил имя Теодор Визенгрунд — фамилию отца-виноторговца. Адорно — фамилия матери, оперной певицы Марии Кальвелли-Адорно делла Пиана, итальянского происхождения.

Что означает его фраза про Освенцим?

Адорно считал, что «после Освенцима нельзя писать стихов» — это высказывание стало одним из наиболее цитируемых в его наследии. Оно связано с его размышлениями о культуре после Холокоста.

Что произошло с ним в 1969 году?

В 1968–1969 годах Адорно вошёл в резкое противостояние с леворадикальными студентами, вызвал полицию, когда группа студентов собиралась устроить дискуссию в опечатанной аудитории, а после срыва его курса отменил лекции и уехал в Швейцарию работать над «Эстетической теорией». Там он скончался от инфаркта 6 августа 1969 года.