Ли Харви Освальд

Через сорок минут после того, как в Далласе застрелили президента Кеннеди, полиция арестовала человека за убийство патрульного. Ещё через два дня этот человек, переведённый из полицейского управления в окружную тюрьму, был застрелен в прямом эфире на глазах у миллионов телезрителей. Так Ли Харви Освальд — единственный официальный подозреваемый в убийстве президента — умер, не дождавшись суда, который по американским законам над умершим и невозможен.

Мальчик, сменивший двадцать два адреса

Освальд родился 18 октября 1939 года в Новом Орлеане. Его отец, Роберт Эдвард Ли Освальд-старший, умер до рождения сына, и мать, Маргарита Фрэнсис Клавье, растила троих детей одна. Когда Ли было два года, она на тринадцать месяцев отправила детей в детский дом — содержать их она была не в состоянии. У Освальда было двое братьев: родной Роберт Эдвард Ли и единоутробный Джон Эдвард Пик.

До семнадцати лет Освальд прожил в двадцати двух разных местах и поменял двенадцать школ. В октябре 1955 года он бросил учёбу в Новом Орлеане через месяц после поступления в десятый класс и устроился клерком в офис, затем курьером. Семья вернулась в Форт-Уэрт ради продолжения его учёбы, он снова был зачислен в десятый класс в сентябре 1956 года — и в октябре опять оставил школу, на этот раз чтобы поступить в морскую пехоту. Свидетельства об окончании средней школы он так и не получил.

Связно писать ему было трудно, но читал он много. До пятнадцати лет утверждал, что он марксист, и в дневнике объяснял: «Я искал своё место в обществе, а затем я открыл для себя социалистическую литературу. Мне пришлось откапывать книги на пыльных полках библиотек». В шестнадцать он написал в Социалистическую партию Америки за информацией о молодёжной социалистической лиге, заявив, что изучает социалистические принципы более пятнадцати месяцев. Эдвард Вебель, самый близкий его друг того периода, сказал комиссии Уоррена, что в утверждении, будто Освальд изучал коммунизм, было «много вздора»: тот читал «мусор в мягкой обложке».

Морская пехота и экзамен по стрельбе

В морскую пехоту Освальд поступил 24 октября 1956 года, через неделю после семнадцатилетия. Один из очевидцев говорил комиссии Уоррена, что поступил он, возможно, чтобы оторваться от влияния властной матери; на полицейской фотографии после ареста в Далласе видно кольцо морских пехотинцев, принадлежавшее его старшему брату Роберту, которым Ли боготворил.

Учился он на оператора радиолокационной станции, закончил обучение седьмым в классе из тридцати человек и в июле 1957 года был направлен на базу Макас Эль Торо, а в сентябре — в Ацуги в Японии, в составе эскадрильи Air Control 1. Стрельбу сдавал, как все: в декабре 1956 года выбил 212 очков, чуть выше минимума для квалификации снайпера, а в мае 1959 года — лишь 191 очко, на одно больше норматива «меткого стрелка». За службу трижды попадал под трибунал: прострелил себе локоть из пистолета; подрался с сержантом и был понижен из рядового первого класса до рядового и посажен в тюрьму; во время ночного караула на Филиппинах по непонятным причинам выстрелил из винтовки в джунгли.

Сослуживцы звали его «Кролик Оззи» — по мультипликационному персонажу, а иногда «Освальдскович» из-за просоветских взглядов. В декабре 1958 года его перевели обратно в Эль-Торо, где подразделение управляло полётами для подготовки служащих за рубежом; офицеры отзывались о нём как о компетентном руководителе группы. Русский язык он начал изучать ещё на службе и в феврале 1959 года сдал экзамен на знание письменного и разговорного — знания оценили как слабые. 11 сентября 1959 года уволился в запас, сославшись на то, что мать нуждается в помощи.

Минск, токарный станок и «серая работа»

В Советский Союз Освальд приехал в октябре 1959 года, незадолго до двадцатилетия, и поездку планировал заранее: подал несколько фиктивных заявлений в зарубежные университеты ради студенческой визы. Из Нового Орлеана он отплыл в Гавр, оттуда перебрался в Англию, в Саутгемптоне сказал таможенникам, что пробудет в стране неделю перед учёбой в Швейцарии, — и в тот же день улетел в Хельсинки, где 14 октября получил советскую визу. Через день он выехал поездом и 16 октября прибыл в Москву.

Сразу по приезде Освальд заявил о желании получить советское гражданство, но 21 октября ходатайство отклонили. Тогда он вскрыл вены на левой руке в ванне гостиничного номера и был помещён в психиатрическую больницу. 31 октября он явился в посольство США в Москве с заявлением, что хочет отказаться от американского гражданства. О бегстве морского пехотинца в Советский Союз сообщило агентство Ассошиэйтед Пресс и другие газеты.

Учиться в МГУ ему не дали — направили в Минск токарем на «Минский радиозавод имени Ленина», выпускавший бытовую и военно-космическую электронику. Оклад с пособием составляли около 700 рублей в месяц, в пять раз больше, чем у обычных рабочих предприятия, в марте 1960 года он получил меблированную однокомнатную квартиру в престижном доме на улице Калинина, но находился под постоянным наблюдением. Русскому языку его активно обучал и курировал тогда ещё старший инженер С. С. Шушкевич.

В январе 1961 года в дневнике Освальда появляется запись: «Я начинаю пересматривать своё желание остаться. Работа серая, деньги негде тратить, нет ночных клубов и боулинга, нет мест отдыха, кроме профсоюзных танцев. С меня достаточно». Вскоре он написал в посольство США запрос на возвращение американского паспорта и предложил вернуться, если обвинения против него будут сняты. В марте 1961 года он познакомился с девятнадцатилетней студенткой Мариной Николаевной Прусаковой и меньше чем через шесть недель женился. 15 февраля 1962 года родилась дочь Джун, а 24 мая супруги получили в посольстве США документы на эмиграцию Марины — и покинули Советский Союз.

Новый Орлеан, листовки и драка

В Америке семья поселилась в метроплексе Даллас — Форт-Уэрт, рядом с матерью и братом. Освальд начал писать мемуары о жизни в СССР, познакомился с русскими эмигрантами, но те, по показаниям Александра Клейнлерера комиссии Уоррена, сочувствовали Марине, а Освальда просто терпели, считая грубым и высокомерным. Подружились Освальды с 51-летним эмигрантом Джорджем де Мореншильдом, геологом-нефтяником, который говорил комиссии, что Освальд «замечательно владел русским языком».

24 апреля 1963 года Освальд приехал в Новый Орлеан и устроился смазчиком в Reily Coffee Company, владелец которой был членом организации, выступавшей против режима Кастро. В июле его уволили: работа была неудовлетворительной, и он слишком много времени проводил в соседнем гараже, читая журналы об оружии и охоте. 26 мая он написал в нью-йоркскую штаб-квартиру «Комитета за справедливую политику по отношению к Кубе», поддержавшего кубинскую революцию, и предложил за свой счёт открыть в Новом Орлеане небольшой офис. Ему не рекомендовали, «по крайней мере не в самом начале», — и он ответил: «Несмотря на ваш совет, я решил открыть офис сразу».

Будучи единственным членом новоорлеанской ячейки, Освальд напечатал 500 анкет, 300 членских билетов и 1000 листовок «Руки прочь от Кубы». По словам Марины, он велел ей подписать его членский билет именем «A.J. Hidell». 9 августа в центре города он раздавал листовки в поддержку Кастро; кубинский эмигрант Карлос Бронье, делегат организации противников Кастро, столкнулся с ним, завязалась драка, и всех четверых арестовали за нарушение общественного порядка. Перед уходом из участка Освальд попросил разговора с агентом ФБР — приехавший Джон Куигли беседовал с ним более часа.

Мехико: пять дней между консульствами

23 сентября 1963 года Рут Пэйн, подруга Марины, отвезла её с ребёнком из Нового Орлеана в Ирвинг, Техас, под Далласом. Освальд задержался в Новом Орлеане ещё на два дня за чеком по безработице, а затем вместо Далласа поехал автобусом в Хьюстон и оттуда в Мексику, по дороге рассказывая попутчикам о планах побывать на Кубе.

В Мехико он обратился за транзитной визой в кубинское посольство, объясняя, что хочет посетить Кубу на обратном пути в Советский Союз; кубинцы требовали предварительного одобрения советского посольства. Там Освальд попросил убежища. Разведчик КГБ под прикрытием Николай Леонов, который, как он утверждает, с ним беседовал, вспоминал: «Передо мной предстал очень худой, я бы даже сказал, истощённый человек с бегающими, нервными глазами и болезненно трясущимися руками». Освальд жаловался, что после возвращения из СССР его преследуют неизвестные лица и организации, и не смог завершить заявление — так тряслись руки. Он сказал, что не может ждать четыре месяца рассмотрения документов, и ушёл в кубинское посольство. Другой советский разведчик, Олег Нечипоренко, работавший под прикрытием в консульском отделе, описывал ту же беседу иначе. Пять дней Освальд курсировал между консульствами; в конце кубинский консул отклонил запрос, сказав, что такой человек приносит кубинской революции только вред.

Склад, выстрелы и арест в кинотеатре

В октябре соседка Рут Пэйн сообщила, что на книжном складе, где работает её сын Уэсли Фрейзер, есть вакансия, и 16 октября после собеседования Освальд приступил к работе. Всю неделю он жил в Далласе на съёмной квартире, а на выходные ездил к семье в Ирвинг; машину он не водил и по понедельникам и пятницам ездил с Фрейзером. 20 октября родилась вторая дочь.

По выводам комиссии Уоррена, около 12:30 22 ноября, когда кортеж Кеннеди проезжал по Дили-плаза, Освальд трижды выстрелил из винтовки с шестого этажа склада школьных учебников, убив президента и тяжело ранив губернатора Техаса Джона Конналли. Через 15—20 минут полицейские нашли угловое окно наполовину приоткрытым, а место стрельбы отгороженным коробками из-под книг. Дистанция была короткой — 80 метров. Спустившись по задней лестнице, Освальд через полторы минуты после стрельбы столкнулся в столовой на втором этаже с полицейским Маррионом Бейкером в сопровождении своего начальника Роя Трулли; Трулли опознал его как работника, и Бейкер отпустил его. Освальд вышел через главный вход до того, как полиция заблокировала здание. Около 12:40 он сел на автобус, затем на такси и примерно в час дня приехал домой, где, по словам экономки Робертс, быстро прошёл в свою комнату и вышел через несколько минут уже в куртке на молнии.

Между 13:11 и 13:14 патрульный полицейский Типпит, по данным комиссии, остановил Освальда и, выходя из машины, был убит четырьмя выстрелами. Свидетели видели уходящего человека с револьвером; на месте нашли четыре гильзы, по заключению экспертов извлечённые из револьвера, позже найденного у Освальда, но пули из тела Типпита как выпущенные из этого револьвера идентифицированы не были. Менеджер магазина Джонни Брюер заметил Освальда, прячущегося у входа, проследил за ним и увидел, как тот проник в кинотеатр Texas Theatre, не заплатив. Полицию вызвали около 13:40. Освальд вышел сдаваться со словами «Ну всё, это конец», ударил офицера, после борьбы был разоружён и крикнул, что он жертва жестокости полиции.

В участке, когда капитан Уилл Фриц услышал его имя, он сказал, что это сотрудник книжного склада, объявленный пропавшим и подозреваемый в убийстве Кеннеди. Освальду предъявили обвинение в обоих убийствах. Журналистам в коридоре он заявил: «Я ни в кого не стрелял. <…> Меня задержали, потому что я жил в Советском Союзе. Я просто козёл отпущения!» На вопрос, убил ли он президента, ответил, что ему такого обвинения не предъявляли. На вопрос, как он повредил глаза, сказал: «Меня ударил полицейский».

Два дня допросов, выстрел в подвале и расследования

За двое суток в департаменте полиции Далласа Освальда допрашивали несколько раз. Он отрицал оба убийства, отрицал владение винтовкой, называл фальшивками свои фотографии с винтовкой и пистолетом, отрицал, что говорил коллеге о поездке за карнизами, и что проносил на работу длинный тяжёлый пакет. Комиссия Уоррена отметила, что он отрицал знакомство с А. Д. Хайделлом, а на вопрос о поддельной карте, бывшей при нём при аресте, отвечать отказался: «…у вас есть карта, и вы сами знаете о нём столько же, сколько и я». Карта была выписана на имя «Алек Джеймс Хайделл».

Адвоката он требовал неоднократно, но от услуг представителя коллегии адвокатов Далласа отказался, заявив, что хочет видеть защитником Джона Абта, главного юрисконсульта Коммунистической партии США, или юриста, связанного с Американским союзом защиты гражданских свобод. С Абтом пытались связаться по телефону в субботу и воскресенье, но тот уехал на выходные; предложение брата Роберта воспользоваться услугами местного адвоката Освальд тоже отклонил.

В воскресенье, 24 ноября, его вели через подвал полицейского управления для перевода в окружную тюрьму. В 11:21 владелец ночного клуба Джек Руби вышел из толпы и выстрелил Освальду в живот. Тот умер в 13:07 в той же больнице «Парклэнд», где двумя днями раньше умер Кеннеди. Перевод показывали в прямом эфире, в том числе корреспондент CBS News Айк Паппас; свидетелями стали миллионы телезрителей. Руби позже говорил, что потерял голову от убийства Кеннеди и хотел избавить миссис Кеннеди от расстройства, сопряжённого с рассмотрением дела в суде. Существует версия, что его действия были частью заговора.

Освальда похоронили на кладбище Роуз Хилл Парк Мемориал в Форт-Уэрте. Первоначальное надгробие с полным именем и датами украли и заменили гранитной плитой с надписью «OSWALD». В 1981 году тело эксгумировали, чтобы убедиться, что останки принадлежат именно ему, и после экспертизы предали земле заново. Старый гроб хранился в похоронном бюро Баумгарднера в Форт-Уэрте и в 2010 году был продан на аукционе за 87 468 долларов.

Комиссия Уоррена, созданная президентом Линдоном Джонсоном, пришла к выводу, что Освальд действовал в одиночку и без чьего-либо совета или помощи, но мотивы установить не смогла. В её заключении говорилось о предопределённой враждебности к окружающей среде, о неспособности установить серьёзные отношения с людьми, о поисках роли «великого человека» и о приверженности марксизму как важном факторе мотивации. Около 3 % материалов расследования не обнародованы, что продолжает провоцировать домыслы.

В 1968 году группа Рэмси Кларка, изучив фотографии, рентгеновские снимки и документы, пришла к выводу, что Кеннеди был убит двумя пулями сверху и сзади. В 1979 году Специальный комитет по терроризму США сначала заключил, что Освальд действовал в одиночку, но после экспертизы аудиозаписи, якобы сделанной в Дили-плаза, пересмотрел решение: высока вероятность двух киллеров и того, что Освальд убит в результате заговора. Достоверность записи оспаривалась; полицейский Маклейн, чья запись рации использовалась как доказательство, неоднократно заявлял, что в момент убийства ещё не был на площади. Позже группа из двенадцати учёных, назначенных Национальной академией наук, нашла в записи серьёзные недостатки, а Д. Б. Томас в статье в журнале Science and Justice заявил о недостатках этого расследования и сделал вывод с уверенностью 96,3 процента, что стреляли по меньшей мере два киллера и один выстрел сделан с травяного холма.

Многие критики не согласились с выводами комиссии Уоррена: есть версии, что Освальд был в сговоре с другими или не участвовал вовсе, а его подставили. С 1966 года сравнительным анализом фотокиноматериалов занимался специалист по информационным технологиям Ричард Спраг и пришёл к выводу о по крайней мере трёх стрелках, ни один из которых не находился в комнате Освальда. В октябре 1981 года могилу вскрыли и для проверки версии писателя Майкла Эддоуса о двойнике, заменившем Освальда в СССР: сравнение стоматологических снимков подтвердило, что похоронен именно Освальд, и шрам на месте операции тоже присутствовал.

Снимки, известные как «фотографии на заднем дворе», сделала Марина, предположительно около 31 марта 1963 года, фотоаппаратом Освальда. На одной он держит две марксистские газеты, The Militant и The Worker, и винтовку, пистолет в кобуре. После ареста Освальд называл фотографию подделкой, но в 1964 году Марина показала под присягой, что сняла её и другие снимки по его желанию, и подтверждала это позже неоднократно. Фотографии отмечены как CE 133-A и CE 133-B; на первой винтовка в левой руке, на второй — в правой. Мать Освальда сообщила, что на следующий день после убийства они с Мариной уничтожили ещё один снимок, где он держит винтовку двумя руками над головой, с надписью «Моей дочери Джун».

1 апреля 1977 года Специальный комитет по терроризму получил ещё один экземпляр CE 133-A от вдовы Джорджа де Мореншильда. На обороте по-русски было написано «Охотник на фашистов — ха-ха-ха!», на лицевой стороне по-английски: «Для моего друга Джорджа, Ли Освальд, 5/IV/63». Экспертиза почерка установила, что надпись и подпись сделаны рукой Освальда. В 1976 году комитет Сената по разведке нашёл третью фотографию, CE 133-C, где Освальд стоит с газетами в правой руке. Эксперты, с которыми консультировался Специальный комитет по терроризму, признали снимки подлинными; учёный Хани Фарид провёл цифровой анализ и заключил, что они почти наверняка не изменены. Некоторые продолжают оспаривать подлинность, обращая внимание на прямой подбородок и наклон тела, будто человек опирался на стену.

Частые вопросы

Правда ли, что Освальда судили за убийство Кеннеди?

Нет. Обвинение ему предъявили, но по законам США умершего судить нельзя, а через два дня после ареста Освальд был застрелен Джеком Руби в подвале полицейского управления Далласа.

Служил ли Освальд в морской пехоте и умел ли он стрелять?

Служил с октября 1956 по сентябрь 1959 года, учился на оператора радиолокационной станции. В декабре 1956 года выбил 212 очков, чуть выше минимума для квалификации снайпера, а в мае 1959 года — 191 очко, на одно больше норматива «меткого стрелка».

Зачем он уехал в Советский Союз?

Поездку он планировал заранее и сразу по приезде просил советское гражданство. Ходатайство отклонили, его отправили работать токарем в Минск, где он прожил с октября 1959 по июнь 1962 года, женился на Марине Прусаковой и вернулся в США.

Что стало с его телом?

Освальд похоронен в Форт-Уэрте. В 1981 году останки эксгумировали для проверки версии о двойнике — экспертиза подтвердила, что похоронен именно он, после чего тело предали земле заново.