Клара Шуман

Клара Шуман вошла в историю дважды: как одна из выдающихся пианисток эпохи романтизма и как женщина, которой пришлось отстаивать право сочинять музыку в мире, где это считалось занятием не для неё. Критик Карл Фердинанд Бекер о её фортепианном концерте a-moll говорил, что о серьёзном разборе не может быть речи, «так как мы имеем дело с произведением дамы». А Ханс фон Бюлов заметил: «Я не верю в имя существительное женского рода: создатель». Оба высказывания — про неё.

Дочь своего отца

Клара Йозефина Вик родилась в Лейпциге 13 сентября 1819 года. Её отец Фридрих Вик, по образованию богослов, преподавал фортепиано, торговал инструментами и ремонтировал их, а мать Марианна Тромлиц была концертирующей певицей и пианисткой. Родители развелись в 1824 году; пятилетняя Клара осталась с отцом, братья Альвин, Густав и Виктор — тоже. Мать уехала в Берлин и вышла замуж второй раз, общение с детьми сводилось к переписке и редким встречам.

Фридрих Вик посвятил жизнь воспитанию дочери. Он забрал её из начальной школы и организовал обучение на дому, чтобы ничто не отвлекало от фортепиано. Ежедневные часовые уроки игры, пение, теория, гармония, композиция, контрапункт, двухчасовые занятия практикой по его собственной методике. Он вёл дневник за дочь, пока она была маленькой, и писал от её имени; позже сохранял доступ к её записям. В девять лет Клара играла в концертном зале Гевандхаус, в одиннадцать состоялся её официальный сольный дебют там же, в двенадцать она выступала в Париже, в восемнадцать блистала в Вене. Её игрой восхищались Гёте, Паганини, Шпор, Шопен, Лист и Мендельсон.

Вик был не только педагогом, но и импресарио: рассылал приглашения, выбирал залы, а перед концертами сам настраивал и ремонтировал рояли — в начале XIX века инструмент в месте выступления часто оказывался расстроенным или неисправным. Со временем он стал заранее присылать выбранный рояль туда, где играла дочь.

Суд, разлука и Шуман

Роберта Шумана Клара впервые увидела в 1828 году, восьми лет, в доме доктора Эрнста Кара. Шуман, на девять лет старше, был так впечатлён её игрой, что уговорил мать позволить ему бросить юридическое образование и брать уроки у Фридриха Вика; около года он жил в доме Вика. Когда Кларе исполнилось шестнадцать, они стали ближе. Он называл её «Цилия» и «Кьяра», посвятил ей пьесу «Киарина».

Отец не собирался отдавать дочь неимущему молодому человеку без профессии, чья пианистическая карьера закончилась из-за воспаления сухожилия безымянного пальца правой руки. Даже то, что Шуман был успешным музыкальным редактором и основал журнал Neue Zeitschrift für Musik, Вика не переубедило. Свидания и переписка запрещались, он наблюдал за дочерью почти круглые сутки и, судя по её письмам, лишал даже чернил: «Чтобы макнуть перо в чернильницу, я каждый раз бегу в другую комнату». Разлуку он обеспечивал концертными турне.

В сентябре 1839 года Роберт и Клара подали жалобу в суд Лейпцига, требуя либо согласия отца, либо официального разрешения. Процесс затягивался, но 1 августа 1840 года суд согласие дал, а 12 сентября 1840 года состоялось бракосочетание в деревенской церкви Шёнефельда под Лейпцигом. Примирение с Виком произошло в 1843 году, и первый шаг сделал отец.

Быт, дети и чужая слава

Роберт без энтузиазма смотрел на желание жены концертировать: он хотел, чтобы она больше времени уделяла ему. По его просьбе Клара ограничила занятия на фортепиано — иначе он не мог сосредоточиться на сочинении. Ситуация изменилась после переезда в большую квартиру в Дрездене, где у неё появилась отдельная комната для игры. Шуман хотел, чтобы жена больше сочиняла, но романтические сочинения казались ему несерьёзными, ограниченными в виртуозности; он стремился к музыкальному единству двоих. Опубликовав в 1841 году цикл песен, Шуман поставил рецензентов в тупик: они не могли сказать, какую интонацию приписать Роберту, а какую — Кларе.

У Шуманов родилось восемь детей: Мария, Элиза, Юлия, Эмиль, Людвиг, Фердинанд, Евгения и Феликс. Их растили кормилицы и няни, как было принято у буржуа. После смерти мужа Клара и дети разъехались по разным городам; с ней остались только Евгения и Феликс.

Клара вновь стала гастролировать — не в последнюю очередь из-за сложной финансовой ситуации семьи: доходы от её концертов составляли существенную долю бюджета. Её выступления помогали и самому Роберту: он больше не мог играть публично, и она исполняла его произведения, делая его музыку известной во всей Европе. В 1844 году она выступала в Санкт-Петербурге и Москве в сопровождении мужа, её принимала царская семья. Недовольство Роберта успехами жены известно: ему не нравилось, что главную роль в гастролях играла она.

Брамс, болезнь и вдовство

С Иоганнесом Брамсом, на четырнадцать лет её моложе, Клара познакомилась в 1853 году в Дюссельдорфе: он играл собственные фортепианные пьесы, и супруги Шуман остались под глубоким впечатлением. Роберт опубликовал статью, высоко превозносившую талант Брамса. Клара записала в дневнике, что тот «казалось, направлен прямо от Бога».

В начале 1854 года состояние Роберта ухудшилось: нарастали «аффекты слуха» — назойливые звуки вплоть до полных музыкальных произведений, которые не давали спать и доводили до галлюцинаций. 27 февраля он пытался покончить с собой, бросившись в Рейн с понтонного моста, но был спасён; 4 марта его поместили в больницу в Энденихе близ Бонна. Клара в это время была беременна Феликсом, и врачи не рекомендовали ей видеться с мужем. Роберт скончался 29 июля 1856 года.

После его госпитализации контакты Клары и Брамса стали интенсивнее. Он был влюблён в неё, о чём свидетельствуют письма; по взаимному согласию почти вся переписка 1854—1858 годов была уничтожена. Брамс выполнил соглашение полностью, Клара сохранила несколько писем. Известно, что некоторое время он жил вместе с ней в дюссельдорфской квартире. В письме от 31 мая 1856 года он писал: «Моя любимая Клара, я хотел бы, я мог бы писать тебе так нежно, как я люблю тебя». Реакция Клары на его восторг не передана; из сохранённых дневниковых записей видно, кем она хотела войти в историю — прославленной художницей и любящей, но связанной с Робертом Шуманом.

Педагог, редактор, виртуоз

В 1863 году Клара переехала в Баден-Баден; последовали годы успешных гастролей по Германии и Европе. В 1878 году её пригласили первым педагогом фортепиано во вновь созданную консерваторию имени Йозефа Хоха во Франкфурте-на-Майне, где она преподавала до 1892 года. Среди её учеников — Матильда Верн, работавшая в Лондоне, и Карл Фридберг, уехавший в Америку. Для её школы характерны певучесть и техника, полностью подчинённая намерениям композитора.

Она редактировала сочинения Роберта, содействовала их публикации в издательстве Breitkopf & Härtel, собрала и опубликовала его письма и дневники. Как пианистка она одной из первых играла по памяти — отец обучал её игре по слуху, и первый публичный концерт из произведений, исполненных наизусть, состоялся, когда ей было тринадцать. Её репертуар изучен по 1312 программкам всех публичных концертов.

Клара была резка в оценках: перестала играть Листа, отказалась присутствовать на столетнем фестивале, посвящённом Бетховену, в Вене в 1870 году, узнав, что там будут Лист и Вагнер. О «Тангейзере» она говорила, что он «стирает себя в злодеяниях», «Лоэнгрин» называла «ужасным», а «Тристана и Изольду» — «наиболее отвратительным из того, что я когда-либо видела или слышала в моей жизни».

Последний концерт Клара дала 12 марта 1891 года в возрасте 71 года. 26 марта 1896 года она перенесла апоплексический удар и умерла спустя несколько месяцев, 20 мая, в возрасте 76 лет. Согласно её желанию, её похоронили в Бонне на Старом кладбище рядом с мужем. Четверо из восьми её детей и муж умерли раньше неё; муж и один из сыновей закончили жизнь в психиатрической клинике. В конце жизни Клара сама стала глухой и нуждалась в инвалидной коляске.

Что осталось

Как композитор Клара Шуман долгие годы не была широко признана — интерес к её творчеству возродился в 1970 году, когда начали появляться первые записи её сочинений. Среди её работ — фортепианный концерт op. 7, посвящённый Луи Шпору и написанный в возрасте от тринадцати до шестнадцати лет, фортепианное трио op. 17, три романса для фортепиано и скрипки op. 22, цикл песен op. 13 на стихи Гейне, Гайбеля и Рюкерта. Три песни из op. 12 относят к лучшим её композициям.

В Германии её изображение поместили на купюру достоинством 100 марок — по литографии Андреаса Штауба 1838 года, которая идеализирует пианистку. Сама Клара была недовольна многими своими изображениями; больше всего ей нравился пастельный рисунок Франца фон Ленбаха 1879 года. В Бонне есть гимназия её имени, в Лейпциге и Берлине — улицы, в Дрездене — Клараштрассе, в Дюссельдорфе — городская музыкальная школа. На экране её играли Кэтрин Хепбёрн в фильме «Песнь любви» (1947), Мартина Гедек в «Возлюбленной Кларе» (2008) и Настасья Кински в «Весенней симфонии» (1983).

Частые вопросы

Правда ли, что она была первой исполнительницей сочинений Шумана и Брамса?

Да, начиная с 1840 года она была женой Роберта Шумана и первой исполнительницей его сочинений, а также первой исполнительницей сочинений Иоганнеса Брамса.

Почему она перестала сочинять?

Британский композитор Этель Смит полагала, что сочинение никогда не было для Клары приоритетом, а в браке она писала скорее в угоду супругу. После его смерти она окончательно прекратила сочинять.

Что было между ней и Брамсом?

Брамс был влюблён в неё, о чём свидетельствуют письма, но то, что происходило между ними в 1854—1856 годах, освещено мало: почти всю переписку того времени они уничтожили по взаимному согласию.

Где она похоронена?

В Бонне на Старом кладбище, рядом с мужем — согласно её собственному желанию.