Добрынин Анатолий Фёдорович

Посол, который провёл в Вашингтоне почти четверть века и оказался в эпицентре того момента, когда мир стоял ближе всего к ядерной войне. Анатолий Добрынин занимал пост советского посла в США с 1962 по 1986 год — при нём сменились пять генеральных секретарей в Москве и шесть президентов в Вашингтоне.

Карьеру он начинал не дипломатом, а инженером. Родился в 1919 году в деревне Красная Горка Можайского уезда в семье слесаря, по настоянию отца окончил Московский авиационный институт и пошёл работать на опытный завод КБ Яковлева. В 1942 году трудовую деятельность начал помощником декана факультета МАИ.

Инженер, которого позвали в дипломатию

Летом 1944 года Добрынина вызвали с завода в ЦК ВКП(б). Инструктор по кадрам Сдобнов предложил ему отправиться на учёбу в Высшую дипломатическую школу. Как вспоминал потом сам Добрынин, «такое предложение, означавшее коренную ломку профессии», стало для него «полной неожиданностью». Сдобнов, сославшись на военную ситуацию, настоял, чтобы предложение было принято.

Много позже Добрынин понял, что рекомендация его кандидатуры была сделана лично В. М. Молотовым. Это был «сталинский призыв» в дипломатию: первый курс ВДШ, куда в 1944 году поступил Добрынин, состоял из молодых инженеров, преимущественно из авиационной промышленности. С 1945 года он член ВКП(б).

В 1946 году с отличием окончил ВДШ и был оставлен ещё на год при школе для защиты диссертации на соискание учёной степени кандидата исторических наук, посвящённой дальневосточной политике США. Диссертацию защитил через десять месяцев; в 1952 году она была издана Госполитиздатом в виде монографии «Дальневосточная политика США в период русско-японской войны» под псевдонимом А. Добров. В 1947 году был принят на службу в Министерство иностранных дел СССР в учебный отдел.

Работал в секретариате министерства под началом В. М. Молотова, Д. Т. Шепилова, А. А. Громыко, В. А. Зорина. С 1952 года — советник-посланник посольства СССР в США. В 1957 году назначен заместителем генерального секретаря ООН. В 1959 году вернулся в Москву, возглавив департамент Северной Америки в МИД. С 1960 года — член коллегии МИД СССР.

Назначение, которого требовал Германский вопрос

Послом в США Добрынин был назначен на заседании Политбюро 4 января 1962 года. Его кандидатуру выставил Никита Хрущёв взамен М. А. Меньшикова, переведённого на должность министра иностранных дел РСФСР. 15 марта Добрынин вступил в должность.

На тот момент ключевой проблемой в отношениях с Западом был Германский вопрос и, в особенности, статус Берлина. Хрущёв и Громыко потребовали от нового посла уделить максимальное внимание этой проблеме. Но первым серьёзным испытанием стал кризис отнюдь не в Германии, а на Кубе.

Ночь, когда решалась судьба ракет

Советское руководство приняло решение разместить на Кубе ракеты средней дальности с ядерными боеголовками, чтобы предотвратить возможные повторные попытки США вторгнуться на остров. Американцы обнаружили монтаж ракет 14 октября. Разразился Карибский кризис.

18 октября в Вашингтон прибыл министр иностранных дел СССР Андрей Громыко. Вместе с Добрыниным он провёл встречу с президентом США Джоном Кеннеди. В этой беседе Громыко ясно дал понять, что на Кубе нет советского наступательного оружия, но сразу после того, как он сел в самолёт и улетел в Москву, Кеннеди выступил с обращением к нации, где рассказал о развёртываемых Советским Союзом ракетах.

В разрешении кризиса Добрынин сыграл важнейшую роль. В ночь с 27 на 28 октября он провёл тайную встречу с братом президента США Робертом Кеннеди, и в ходе этой беседы было решено демонтировать советские ракеты на Кубе в обмен на демонтаж американских ракет в Турции.

Разрядка и прямая линия с Белым домом

После Кеннеди и Джонсона президентом США стал Ричард Никсон. Добрынин проводил частые встречи с Никсоном и его советником по делам национальной безопасности Генри Киссинджером. Между посольством СССР и Белым домом была проведена прямая телефонная линия.

В октябре 1969 года Добрынину было поручено передать в администрацию США предложение Советского Союза о начале переговоров об ограничении гонки вооружений. С ноября 1969 по май 1972 года велись активные переговоры по закрытой линии, и 26 мая в ходе визита Никсона в Москву был подписан советско-американский Договор об ограничении систем противоракетной обороны, в 1979 году — об ограничении стратегических вооружений.

Киссинджер вспоминал о нём: «Добрынин был свободен от склонности рядовых советских дипломатов к мелким препирательствам для демонстрации своей бдительности перед начальством; он понимал, что во внешних делах репутация надежности является важным капиталом. Человек тонкий и организованный, обаятельный внешне и внутренне неизменно осмотрительный, Добрынин парил в верхних эшелонах Вашингтона с редким искусством». По его же оценке, сочетание незаурядного дипломатического таланта с советской геополитической мощью позволило Добрынину стать самым влиятельным послом СССР в Вашингтоне за всю историю советско-американских отношений.

Сергей Черняховский отмечал: «Киссинджер установил почти дружеские отношения с советским послом в США Анатолием Добрыниным, над наивностью которого он, правда, открыто посмеивается в своих мемуарах».

В ноябре 1985 года в Женеве прошла встреча Рональда Рейгана и Михаила Горбачёва, с которой началась новая эпоха советско-американских отношений. 6 марта 1986 года Добрынин был избран секретарём ЦК КПСС по международным вопросам и покинул Вашингтон, чтобы занять эту должность. Так завершилось рекордное в истории советской дипломатии 24-летнее пребывание на посту посла в США.

Возвращение в Москву и последние годы

В 1971–1990 годах Добрынин был членом ЦК КПСС, кандидатом в члены — с 1966 года. Был депутатом Верховного Совета СССР в 1986–1989 годах. В 1986–1988 годах занимал должность заведующего Международным отделом ЦК КПСС.

По свидетельству Валентина Чикина, при обсуждении на Политбюро публичного письма Нины Андреевой «Не могу поступаться принципами» Добрынин принял позицию Лигачёва.

С 1988 года он был советником главы государства М. С. Горбачёва по международным вопросам; официальное название его должности менялось вместе с названием должности Горбачёва, который был председателем Президиума Верховного Совета СССР (1988—1989), председателем Верховного Совета СССР (1989—1990) и президентом СССР (1990—1991). В 1992 году вернулся в МИД в качестве советника-консультанта, имея пожизненный ранг чрезвычайного и полномочного посла.

Скончался Анатолий Добрынин 6 апреля 2010 года в Москве. Урна с прахом захоронена на Ваганьковском кладбище — в могиле родителей.

Среди наград — звание Героя Социалистического Труда, орден Почёта (18 августа 2009) за большой вклад в реализацию внешнеполитического курса Российской Федерации и многолетнюю дипломатическую службу, благодарность президента Российской Федерации (25 ноября 1999) за многолетнюю и плодотворную дипломатическую деятельность. Он был заслуженным работником дипломатической службы Российской Федерации, почётным доктором Дипломатической академии МИД России.

Добрынин — автор многочисленных публикаций в отечественной и зарубежной прессе. В частности, он написал автобиографическую книгу «Сугубо доверительно», переведённую на многие языки и являющуюся по сути дидактическим пособием «добрынинской школы» дипломатии.

Вопросы, которые задают о Добрынине

Правда ли, что он был послом в США почти четверть века?

Да. Добрынин занимал этот пост с 1962 по 1986 год — 24 года, рекордный срок в истории советской дипломатии. За это время в СССР сменились пять генеральных секретарей, а в США — шесть президентов.

Какую роль он сыграл в Карибском кризисе?

В ночь с 27 на 28 октября он провёл тайную встречу с Робертом Кеннеди, братом президента США. В ходе этой беседы было решено демонтировать советские ракеты на Кубе в обмен на демонтаж американских ракет в Турции.

Почему он стал послом, хотя начинал как инженер?

В 1944 году его вызвали в ЦК ВКП(б) и предложили учиться в Высшей дипломатической школе. Это был «сталинский призыв» в дипломатию, а рекомендацию его кандидатуры, как он понял много позже, сделал лично В. М. Молотов.

Что он написал о своей работе?

Автобиографическую книгу «Сугубо доверительно», переведённую на многие языки. Её называют дидактическим пособием «добрынинской школы» дипломатии.