Йозеф Геббельс

Его имя давно перестало быть фамилией одного человека: «геббельсовская пропаганда» — так говорят о лжи, повторённой так настойчиво, что в неё начинают верить. Сам он называл пропаганду не службой, а искусством, и выстраивал её как спектакль — с маршами, факелами, радиоприёмниками в каждой квартире и газетой, которую читали, даже когда её ненавидели.

Пауль Йозеф Геббельс родился 29 октября 1897 года в Райдте, промышленном городке к югу от Мёнхенгладбаха, в католической семье. Отец, Фриц Геббельс, служил конторщиком, затем бухгалтером на фитильной фабрике; мать, Мария Катарина Оденхаузен, вела дом. Предки были крестьянами из района между Ахеном, Кёльном и Мёнхенгладбахом. В семье росли ещё два старших брата и две младшие сестры.

Слабым и болезненным ребёнком он чуть не умер от пневмонии, а в четыре года перенёс остеомиелит: правая нога искривилась внутрь, стала толще и короче левой. Операция в десять лет не помогла — металлическая скоба и специальная обувь остались на всю жизнь, и он хромал. Из-за телесного изъяна его не взяли на Первую мировую войну, куда он хотел пойти добровольцем.

Учился он блестяще: был одним из лучших в классе, в марте 1917 года сдал экзамены на аттестат зрелости и выступил на церемонии с патриотической речью, написав лучшее в классе сочинение. Родители надеялись, что сын пойдёт в теологию — тогда церковь взяла бы на себя расходы на обучение. Он выбрал классическую филологию, германистику и историю, учился в Бонне, Вюрцбурге, Фрайбурге и Мюнхене. Беспроцентный кредит в 960 марок выдало Общество Альберта Великого; 400 марок он вернул по частям только в 1930 году, после ареста имущества.

Диссертация, роман и отказы редакций

В Гейдельберге Геббельс писал докторскую о Вильгельме фон Шютце, малоизвестном драматурге романтического направления XIX века. Научным руководителем он хотел видеть Фридриха Гундольфа, известного литературоведа; тот был евреем, но докторанта это тогда не волновало. Гундольф не вёл семинары и направил его к профессору Максу Фрайхерру фон Вальдбергу, тоже еврею, который и предложил тему. В 1921 году, получив от фон Вальдберга оценку «удовлетворительно» и пройдя устную защиту, Геббельс стал доктором.

Дома он писал стихи, пьесы и статьи, зарабатывал частными уроками. В начале 1922 года шесть его статей вышли в Westdeutsche Landeszeitung; тексты отражали неприятие современной культуры и зарождавшийся антисемитизм. В начале 1923 года он устроился служащим в отделение Дрезденского банка в Кёльне — работа тяготила. Отдушиной стал дневник, который он вёл с 1923 года до самой смерти. В сентябре 1923 года его уволили, и долгое время он скрывал это от родителей. Резюме, посланные в Berliner Tageblatt и издательство Моссе, вернулись отказами; из Berliner Tageblatt ему вернули более пятидесяти статей. Крупные издательства Ульштайн и Моссе принадлежали евреям, главным редактором Berliner Tageblatt был еврей Теодор Вольф — и отказы он объяснял тем, что евреи доминируют в культуре и протежируют «своим». Тогда он ещё не был антисемитом, но сделал первый шаг в этом направлении.

В те годы он много читал — Освальда Шпенглера, Фёдора Достоевского, Хьюстона Стюарта Чемберлена, чьи «Основы XIX века» служили настольной книгой германских ультраправых, — и изучал «социальный вопрос» по Марксу, Энгельсу, Розе Люксембург, Бебелю и Носке. По немецкому историку Петеру Лонгериху, дневник конца 1923 — начала 1924 года — записи изолированного человека, озабоченного религиозно-философскими вопросами: «Пессимизм. Мысли о смерти», «Хаос во мне. Брожение», «Отчаяние. Я больше ни во что не верю».

Как он выбрал Гитлера

В начале 1924 года Геббельс заинтересовался национал-социализмом — во многом благодаря харизме Гитлера. Через друга Фрица Прангу он познакомился с членами Народного движения, в августе побывал в Веймаре на съезде «Национал-социалистического освободительного движения» Грегора Штрассера, а 1 октября 1924 года был назначен главным редактором еженедельника Völkische Freiheit. 22 февраля 1925 года вступил в новоучреждённую НСДАП, в марте стал управляющим делами гау Рейнланд-Норд и за год выступил 189 раз на партийных мероприятиях.

Молодой Геббельс искренне считал себя социалистом, прославлял рабочих, презирал «буржуазию», а в коммунистах его привлекали революционный порыв и ненависть к буржуазии; не принимал он только интернационализм. «Я — национал-большевик», — говорил он о себе. Россию под влиянием Достоевского называл «священной страной» и ждал, что, преодолев большевистскую систему, она придёт к идеальному социализму в тесном взаимодействии с Германией. Сближение с Гитлером, начавшееся в конце 1925 года, эту тему из его статей и дневников вытеснило.

14 февраля 1926 года в Бамберге Гитлер два часа критиковал программу Штрассера, назвал социализм «еврейским творением» и отверг экспроприацию частной собственности. Для Геббельса это стало потрясением: «Величайшее разочарование моей жизни. Я не могу больше беспредельно верить в Гитлера». Но в начале апреля Гитлер пригласил его в Мюнхен, прислал на вокзал личный автомобиль, дал выступить в Бюргербройкеллере, пригласил на обед и подтвердил его руководящую роль в Руре. Геббельс перешёл на его сторону: «Я люблю его… Он всё продумал». Проект новой программы Штрассера был отклонён, программа 1920 года осталась без изменений, позиции Гитлера во главе партии укрепились.

Берлин: улица, сенсация, «Атака»

В конце августа 1926 года Геббельс получил предложение возглавить гау Берлин-Бранденбург, где в партии было меньше 500 человек. 7 ноября он приехал в столицу с особыми полномочиями и прямым подчинением Гитлеру, провёл партийную «чистку», финансовую ревизию и ввёл ежемесячные пожертвования. Его целью стала борьба за рабочих, за улицу: «Берлину нужны сенсации, как рыбе вода». 16 ноября он основал школу ораторского искусства; идею, по его мнению, не нужно объяснять в толстой книге — миллионы погибнут не за книгу и не за экономическую программу, а «за евангелие».

С коммунистами он боролся их же оружием — копировал лозунги и методы, а реорганизованные штурмовые отряды отчасти напоминали Союз красных фронтовиков. В отличие от предшественника Эрнста Шланге, настаивавшего на законности, Геббельс резко повысил роль и силовую активность берлинских штурмовиков Курта Далюге. 5 мая 1927 года берлинский полицай-президент запретил деятельность гау со всеми подразделениями; публично выступать Геббельс не мог. 4 июля вышел первый номер основанной им газеты Der Angriff с агрессивными заголовками, антикоммунистическими и антисемитскими выпадами; тираж постепенно дошёл до двух тысяч экземпляров. Любимой мишенью стал вице-президент берлинской полиции Бернхард Вайс, которого Геббельс травил под прозвищем «Исидор», рассчитывая обернуть ответный удар в свою пользу. В период запрета он переписал роман «Михаэль» и завершил пьесу «Странник» — её поставили в Вальнеровском театре 6 ноября 1927 года, и все газеты, кроме Der Angriff, разнесли спектакль.

В начале 1928 года запрет сняли накануне выборов в рейхстаг. Партия выступила неудачно — 2,6 % по стране и 1,4 % в Берлине, — но Геббельс и ещё одиннадцать членов партии получили мандаты, а с ними депутатскую неприкосновенность. Ещё в апреле он отбыл трёхнедельное заключение за оскорбление Вайса; в феврале 1931 года, после изменения положения о неприкосновенности, заплатил штраф за клеветнический материал в Der Angriff.

Во главе партийной пропаганды

После выборов партия рвалась к сельским избирателям, в некоторых регионах её поддерживали до 18 %. В конце апреля 1930 года Гитлер публично выступил против Грегора Штрассера и назначил Геббельса главой общенациональной партийной пропаганды. Одним из первых распоряжений тот запретил распространение вечернего выпуска Nationaler Sozialist, а сам получил контроль над всеми изданиями НСДАП, включая Völkischer Beobachter. 3 июля Отто Штрассер и его сторонники заявили о выходе из партии — Геббельс воспринял новость с радостью и облегчением.

Предвыборную кампанию к выборам 14 сентября 1930 года он построил с небывалым размахом: тысячи встреч и выступлений по всей стране, вина за экономический крах возложена на Веймарскую республику и Версальский мир. Результат удивил самих организаторов — 6,5 миллиона голосов и 107 мест, вторая по величине партия в парламенте. В декабре 1930 года организованные им протесты против показа антивоенного фильма «На Западном фронте без перемен» по роману Ремарка привели к запрету картины цензурой с формулировкой «за нанесение ущерба престижу Германии».

В конце 1930 года он познакомился с Магдой Квандт, бывшей женой крупного промышленника, незадолго до того вступившей в партию; она работала волонтёром в берлинском отделении и собирала материал для его архива, а её квартира на Рейхсканцлерплац стала местом встреч Гитлера и партийной верхушки. 19 декабря 1931 года они поженились; Гитлер был одним из двух свидетелей. В 1932 году, когда выборы прошли дважды, Геббельс организовывал кампании с собраниями, парадами и речами; Гитлер летал по стране под лозунгом «Гитлер над Германией» — полёты как политическое мероприятие были новинкой. Некоторые выступления Геббельса записывали на грампластинки и печатали брошюрами, он участвовал в создании немых фильмов для партийных встреч, а плакаты задействовали мотивы насилия. Противников пропаганда называла «ноябрьскими преступниками», «еврейскими политиканами», «коммунистической угрозой». Большинства партия так и не получила, и 30 января 1933 года Гинденбург назначил Гитлера рейхсканцлером.

Министерство, палата, костры из книг

Вечером 30 января в Берлине прошло факельное шествие СА, СС и «Стального шлема»: Геббельс заявил о полумиллионе участников, иностранные наблюдатели сообщили о нескольких десятках тысяч. Министерского портфеля он поначалу не получил — Гитлер не хотел раздражать консерваторов и Гинденбурга. Поджог Рейхстага 27 февраля партия обратила в свою пользу: на следующий день Гинденбург издал указ о защите народа и государства, положивший начало актам, уничтожившим германскую демократию.

13 марта 1933 года Геббельс стал рейхсминистром народного просвещения и пропаганды — самым молодым министром в правительстве. «Ну вот, трубач тоже хочет выбиться в люди», — якобы сказал Гинденбург, подписывая указ. Министерство разместилось в двухсотлетнем Орденском дворце напротив рейхсканцелярии и должно было сосредоточить контроль над всей культурной и интеллектуальной жизнью. 1 апреля 1933 года Геббельс организовал бойкот еврейских фирм и магазинов; за ним последовали законы, исключавшие евреев из германского общества, — например, принятый 7 апреля Закон о восстановлении профессионального чиновничества. 23 апреля он посетил родной Рейдт, где горожане выстроились вдоль центральной улицы, получившей имя министра, и объявили его почётным жителем. 1 мая по его инициативе стало «Днём национального труда» — первым государственным праздником рабочих; на следующий день профсоюзы разогнали силами СА и СС, заменив Германским трудовым фронтом. «Мы господа Германии», — записал он 3 мая.

10 мая Геббельс выступил на организованной студенческим союзом церемонии сожжения книг на Оперной площади. Инициативу он поддержал, но отнёсся к ней со смешанными чувствами — в студенческие годы он учился у еврейских профессоров и восхищался ими, и потому долго тянул с ответом о своём выступлении. Сын Томаса Манна Голо, видевший сожжение, вспоминал, что Геббельс производил впечатление человека, который «не был в большом восторге от происходящего». В области культуры министр предпочитал бесшумные средства: списки «вредных и нежелательных сочинений» (5500 названий), списки неподходящих для молодёжи и библиотек изданий (4000 названий) и белые списки полезной литературы (39 000 названий). Библиотеки он подверг чистке, превратив их из «ядовитых кухонь» в «кузницы духа», и наладил контроль над издательствами, книготорговлей и библиотеками вплоть до проката детективов в сигарных лавках. 4 октября 1933 года был принят «Закон о редакторах», обязывавший журналистов работать «в соответствии с национал-социализмом как жизненной философией и концепцией государственного управления».

В конце июня 1934 года руководители СА и противники режима, включая Грегора Штрассера, были арестованы и убиты; Геббельс обосновал и оправдал эти действия в пропагандистской кампании на радио и в печати. 2 августа 1934 года умер Гинденбург, и по радио Геббельс объявил о совмещении постов президента и канцлера: Гитлер стал фюрером и рейхсканцлером.

Постановление от 30 июня 1933 года отдало министерству пропаганды «все задачи духовного воздействия на нацию», а министерства иностранных и внутренних дел передали ему часть своих областей; оно взяло на себя и задачи министерства культуры. В семи отделах — административном и правовом, пропаганды, радиовещания, прессы, кино, театра, музыки и искусства, противодействия — большинство сотрудников пришли из управления пропаганды и берлинского гау, 90 % вступили в партию до 1933 года, каждый десятый имел золотой партийный знак. 22 сентября 1933 года был утверждён «Закон о создании Имперской палаты культуры», и 15 ноября на её открытии Геббельс объявил себя президентом: «Нам не нужна драматизированная программа партии. В качестве идеала мы представляем себе глубокую связь духа героического изображения жизни с вечными законами искусства». Членство было обязательным для всех работников культуры, делилось на палаты литературы, кино, музыки, театра, прессы, радиовещания и изобразительных искусств; не член палаты не мог получить работу, неблагонадёжный не мог стать членом. Требовалось доказать арийское происхождение вплоть до 1800 года, а состоящим в браке — провести ту же процедуру для супругов. Покидать страну по рабочим вопросам без разрешения руководства запрещалось; ни одна книга не могла быть переиздана без разрешения комитета по литературной цензуре. Цензуре подвергались даже выступления в кабаре; многие деятели искусства и интеллектуалы покинули страну, некоторые приспособились или ушли во внутреннюю эмиграцию.

Радио Геббельс считал важнейшим орудием: «В двадцатом веке радио станет тем, чем печать была в девятнадцатом». Вещание централизовали и национализировали, к 1934 году практически все региональные компании ликвидировали, производство дешёвых «народных радиоприёмников» (Volksempfänger), прозванных «глоткой Геббельса», подстегнули — к 1938 году продали около 10 млн аппаратов, а репродукторы на заводах, в школах и общественных местах транслировали сообщения почти всему населению. Кинематограф он контролировал лично: уже 28 марта 1933 года в отеле «Кайзерхоф» признался кинематографистам, что является «страстным поклонником немецкого киноискусства», и подчёркивал их свободу в творческой практике, не распространяя её на содержание. Влияние отдела кино, имперской кинопалаты, кинокредитного банка, «рейхсфильмдраматурга», «рейхсфильминтенданта» и цензуры шло от выбора темы до выпуска фильма; престижные проекты он контролировал от заявки до монтажа, а в 1937 году вынудил Альфреда Гугенберга продать студию Universum Film AG, сделав её государственной.

Летом 1937 года он занялся живописью и скульптурой, которые «Национал-социалистическая культурная община» Альфреда Розенберга давно клеймила как «культурбольшевизм», а он сам ещё несколько лет назад официально поддерживал: экспрессионизмом и абстракционизмом. Здесь пришлось подчиниться Гитлеру. Из музеев конфисковали около 17 тыс. произведений, объявленных «дегенеративными»; выставка дегенеративного искусства прошла в Мюнхене с июля по ноябрь 1937 года, затем была показана в 12 городах и до 1941 года собрала более 2 млн посетителей. Около 6 тыс. картин, акварелей и рисунков продали за границу, около 5 тыс. сожгли. Термин распространили на литературу, театр и музыку. Качеством национал-социалистического искусства Геббельс был неудовлетворён: в январе 1933 года в речи ко дню рождения Хорста Весселя он заявил, что национал-социалистическое мировоззрение не может восполнить художественные недостатки, а фильм о штурмовых отрядах должен обладать высокими художественными достоинствами.

Война, «тотальная война» и бункер

Геббельс был одним из наиболее восторженных сторонников агрессивной экспансии: о ремилитаризации Рейнской области он записал в дневник — «Пришло время действовать. Фортуна любит смелых! Кто не осмеливается, тот не побеждает». Накануне Судетского кризиса 1938 года пропаганда дискредитировала чехословацкое правительство и подстёгивала поддержку судетских немцев, но, зная о предвоенной панике в Германии, с июля градус пропаганды снизили. После согласия западных государств на условия Гитлера аппарат перенаправили на Польшу: с мая антипольская кампания основывалась на ложных сообщениях о зверствах против этнических немцев в Данциге и других городах. Убедить большинство немцев в необходимости войны ему не удавалось, и наедине с собой он сомневался, что нападение на Польшу и затяжная война с Британией и Францией — верное стратегическое решение.

После вторжения в Польшу в 1939 году министерство и палата культуры контролировали распространение информации внутри страны. Министр иностранных дел Иоахим фон Риббентроп регулярно оспаривал его полномочия на пропаганду за рубежом, Гитлер подведомственность чётко не определил, и министры до конца оставались соперниками. В принятии военных решений Геббельс не участвовал и в детали дипломатических переговоров не посвящался. 2 сентября 1939 года, на следующий день после начала Второй мировой войны, он запретил прослушивание зарубежных радиостанций — распространение услышанных новостей могло караться смертной казнью; согласования требовал даже перечень транслируемой музыки. Гитлер всё реже появлялся на публике и на радио, и голосом режима постепенно становился Геббельс: с мая 1940 года он регулярно писал редакторские колонки в газете Das Reich.

В ходе антисемитской кампании и таких акций, как Ноябрьский погром 1938 года, он идеологически подготовил депортацию и уничтожение еврейского населения, став одним из главных идейных вдохновителей Холокоста. Его речь о тотальной войне, произнесённая в берлинском Дворце спорта в феврале 1943 года, служит наглядным примером манипуляции массовым сознанием.

30 апреля 1945 года, после самоубийства Гитлера и в соответствии с политическим завещанием фюрера, Геббельс сменил его на посту рейхсканцлера Германии. Пробыв в должности один день, он покончил с собой вместе с женой Магдой, которая предварительно отравила их шестерых детей. Прах был развеян над Эльбой.

Что о нём спрашивают

Правда ли, что Геббельс был доктором наук?

Да, он имел степень доктора филологии: в 1921 году защитил диссертацию о драматурге Вильгельме фон Шютце в Гейдельбергском университете.

Почему его называют главным пропагандистом нацизма?

С 1933 по 1945 год он как министр пропаганды и президент Имперской палаты культуры держал в руках прессу, радио, кино и другие сферы немецкой культуры, а с 1930 года возглавлял партийную пропаганду НСДАП.

Сколько он пробыл рейхсканцлером?

Один день: он сменил Гитлера 30 апреля 1945 года и на следующий день покончил с собой в фюрербункере.