Масхадов Аслан Алиевич

Полковник Советской армии, командовавший артиллерийским полком в Вильнюсе, в декабре 1992 года подал в отставку и уехал в Грозный — а через несколько лет возглавил республику, которую Москва считала мятежной. Аслан Масхадов (1951—2005) прошёл путь от офицера Дальневосточного военного округа до президента Чеченской Республики Ичкерия, и этот путь закончился в подземном бункере под домом дальнего родственника в селе Толстой-Юрт.

Он родился 21 сентября 1951 года в посёлке Шокай Осакаровского района Карагандинской области Казахской ССР, куда семья была депортирована в 1944 году. Выходец из тайпа Аллерой. В 1957 году, по другим данным — в 1959-м, семья вернулась в Чечено-Ингушетию, в село Зебир-Юрт Надтеречного района. В 1968 году он окончил десять классов средней школы в селе Надтеречное.

Артиллерист, который выбрал другую сторону

В 1969 году Масхадов поступил в Тбилисское высшее артиллерийское командное училище, окончил его в 1972 году. Затем служил в Дальневосточном военном округе в в/ч 20119, дислоцированной в селе Платоновка Ханкайского района на берегу озера Ханка: командир огневого взвода, командир батареи, начальник штаба артиллерийского дивизиона, заместитель командира дивизиона. В 1972 году вступил в КПСС.

В 1978 году поступил в Ленинградскую Военно-артиллерийскую академию имени М. И. Калинина, которую окончил в 1981 году с отличием. По документам в академии он числился Осланом, а однокурсники звали его Олегом; они отмечали, что тогда он не придерживался мусульманской веры и был неравнодушен к спиртному. После академии был направлен в Южную группу войск в Венгрии, где командовал 407-м гвардейским самоходным артиллерийским полком. По свидетельствам сослуживцев, его полк неоднократно награждался переходящим знаменем Военного Совета округа.

С 1986 года — командир 379-го самоходного артиллерийского полка 107-й мотострелковой дивизии Прибалтийского военного округа в Вильнюсе. В 1990 году назначен начальником артиллерии дивизии, избран секретарём партийного комитета. С 1991 года командовал штабом ракетных войск и артиллерии Вильнюсского гарнизона. Его солдаты прикрывали захват вильнюсского телецентра, но непосредственно в штурме не участвовали; сам Масхадов за два дня до событий был отослан из Вильнюса своим командованием. Был награждён орденами «За службу Родине в Вооружённых Силах СССР» II и III степени. На момент увольнения имел звание полковника.

От отставки до первого штурма Грозного

В декабре 1992 года, после обострения ситуации на границе между Чечнёй и Ингушетией, Масхадов подал в отставку из Вооружённых сил России и прибыл в Грозный, где приказом Джохара Дудаева был назначен начальником Гражданской обороны Чечни, а вскоре — первым заместителем начальника Главного штаба Вооружённых сил ЧРИ. В 1993—1994 годах руководил боевыми действиями против антидудаевской оппозиции в Урус-Мартановском, Надтеречном и Гудермесском районах. В марте 1994 года указом Дудаева назначен начальником Главного штаба Вооружённых сил ЧРИ.

В Первую чеченскую войну Масхадов планировал и руководил проведением большинства крупных боевых и диверсионных операций чеченских формирований. С декабря 1994 по январь 1995 года возглавлял оборону Президентского дворца в Грозном. По его плану чеченцы пропустили российские танки в центр города, после чего нанесли удары так, чтобы подбитые машины блокировали остальным пути отхода, а затем с верхних этажей домов расстреляли танки, не имевшие возможности маневрировать на узких улицах. По некоторым данным, покинул город после того, как тот был превращён в руины российской авиацией. В феврале 1995 года Дудаев присвоил ему звание дивизионного генерала.

Штаб вооружённых сил Ичкерии он разместил в горах на границе Веденского и Ножай-Юртовского районов. В мае 1995 года во время объявленного российскими войсками моратория на боевые действия произвёл перегруппировку, реорганизовал силы по фронтам и направлениям. В августе—октябре 1995 года возглавлял чеченскую делегацию на переговорах с федеральными властями и был назначен сопредседателем специальной наблюдательной комиссии. В марте 1995 года прокуратура России возбудила против него уголовное дело по статьям о злоупотреблении властью, измене Родине и бандитизме и объявила в розыск. Несмотря на это, он неоднократно представлял чеченскую сторону на переговорах, а 31 августа 1996 года подписал с Александром Лебедем Хасавюртовские соглашения, отложившие вопрос о статусе Чечни до 31 декабря 2001 года.

Под его руководством было разработано и осуществлено нападение на Грозный, Аргун и Гудермес 6 августа 1996 года — операция «Джихад». Согласно его заявлению, операция была предпринята, чтобы показать боевой потенциал вооружённых сил ЧРИ.

Президент непризнанной республики

17 октября 1996 года Масхадов возглавил правительство ЧРИ: решением исполняющего обязанности президента Зелимхана Яндарбиева он стал одновременно премьер-министром коалиционного правительства и министром обороны, сохранив должность начальника Главного штаба. 23 ноября подписал с председателем правительства России Виктором Черномырдиным соглашение о принципах взаимоотношений между федеральным центром и ЧРИ. 27 ноября объявил о решении баллотироваться в президенты в паре с вице-президентом Вахой Арсановым. По его инициативе все кандидаты должны были публично поклясться не допускать провокаций и оскорбительных приёмов в отношении соперников.

27 января 1997 года он был избран президентом ЧРИ, набрав 59,3 % голосов. Второе, третье и четвёртое места заняли Шамиль Басаев (23,5 %), Яндарбиев (10,1 %) и Мовлади Удугов (0,9 %). ОБСЕ не выявило серьёзных нарушений. Правительство России признало Масхадова главой Чечни, но заявило, что не признаёт независимость. 12 мая 1997 года в Москве Масхадов и Борис Ельцин подписали «Договор о мире и принципах взаимоотношений между Российской Федерацией и Чеченской Республикой Ичкерия». Спустя полгода после выборов Масхадов назначил Басаева премьер-министром ЧРИ.

Историк-кавказовед Джабраил Гакаев писал, что Масхадов, возглавив ЧРИ, оказался не в состоянии консолидировать чеченское общество, поддержав вооружённое меньшинство и отвергнув сотрудничество с центристскими силами. По Гакаеву, за время его правления быстро деградировали экономика и социальная сфера: города и разрушенные сёла практически не восстанавливались, медицинское обслуживание по существу отсутствовало, школы и вузы почти не работали. Население Ичкерии перед началом второй чеченской кампании, по этим данным, не превышало 400 тысяч человек.

В межвоенный период в Чечне происходили похищения людей, захваты заложников, хищения нефти, контрабанда наркотиков, нападения на соседние российские регионы. Масхадов в информационной политике использовал высказывания антисемитского толка; историк Лема Вахаев приводит одно из его выступлений о ваххабитской идеологии, которую «внедряют и распространяют наши враги и евреи». Трижды — 23 июля 1998 года, 21 марта и 10 апреля 1999 года — он пережил покушения с применением противотанковых ракет и бомб; официально в этом обвиняли российские спецслужбы.

Главным процессом межвоенной Чечни стал конфликт между радикальными исламистами и правительством Масхадова, в 1998 году принявший форму малой гражданской войны: в марте шли бои в Урус-Мартановском районе, в июне — в Грозном, в июле — в Гудермесе. После кровавых событий в Гудермесе Масхадов объявил ваххабизм вне закона, но за ваххабитов вступились Радуев, Басаев и Исрапилов, потребовав его отставки. В ответ Масхадов отправил в отставку правительство Басаева. В результате конфликта с полевыми командирами он потерял контроль над большей частью территории за пределами Грозного.

3 февраля 1999 года, как уступку радикальным исламистам, Масхадов подписал указ о введении шариатского правления «в полном объёме»: парламент был лишён законодательных прав, высшим законодательным органом стала Шура. Басаев в ответ объявил о создании «оппозиционной Шуры». В июне 1999 года Масхадов публично призвал оппозицию встать рядом с ним и помочь избавить Чечню от похищений людей, заявив, что республика находится на грани междоусобной войны. 7 августа 1999 года с территории Чечни было совершено вторжение боевиков в Дагестан под командованием Басаева и Хаттаба. Масхадов на словах осудил нападение, но реальных мер для противодействия не предпринял. 30 сентября российские войска пересекли административные границы Чечни.

Война, розыск, бункер

После ввода российских войск Масхадов возглавил вооружённое сопротивление и занял пост руководителя Государственного комитета обороны ЧРИ. 10 марта 2000 года он был вновь объявлен властями России в федеральный, а в 2002 году — в международный розыск. До 2002 года с небольшим отрядом находился преимущественно в горной части Чечни. В 2002 году на общем собрании полевых командиров было решено создать коллегиальный орган «Государственный Комитет Обороны — Маджлисуль Шура», к которому на время войны переходила вся полнота власти.

В последние годы Масхадов формально оставался избранным руководителем Чечни, но лишился опоры среди населения и боевиков; многие его соратники сдались властям. Периодически появлялись сообщения о разногласиях между ним и лидерами радикального крыла — Басаевым и Умаровым. В октябре 2002 года в интервью французскому агентству Agence France-Presse он заявил об активизации связей с наиболее экстремистскими лидерами, объяснив радикализацию позиции отказом Запада его поддержать. 23 октября 2002 года чеченскими террористами были захвачены заложники в театральном центре на Дубровке. В ноябре Масхадов осудил теракт и объявил о возбуждении уголовного дела на Басаева, пригрозив сместить его с должности, однако значимых действий не предпринял. Российские власти после теракта заявили об отказе от переговоров с Масхадовым.

8 сентября 2004 года ФСБ объявила о выплате 300 миллионов рублей за информацию, которая позволит нейтрализовать Басаева и Масхадова. 14 января 2005 года Масхадов подписал приказ «О приостановлении в одностороннем порядке наступательных боевых действий на всей территории ЧРИ и за её пределами на февраль месяц».

8 марта 2005 года он был убит в ходе спецоперации сотрудников Центра специального назначения ФСБ в селе Толстой-Юрт, где скрывался в подземном бункере под домом одного из дальних родственников. В ходе штурма Масхадов оказал сопротивление, и спецназовцы привели в действие взрывное устройство, от ударной волны дом оказался полуразрушен. Задержанные во время спецоперации личный помощник Вахид Мурдашев, племянник Висхан Хаджимуратов, а также Скандарбек Юсупов и Ильяс Ирисханов были осуждены на различные сроки за участие в незаконных вооружённых формированиях и незаконное ношение оружия. По утверждению Рамзана Кадырова, Масхадов погиб в результате неосторожного обращения с оружием телохранителя. На процессе в Верховном суде Чечни выяснилось, что смертельный выстрел был произведён из пистолета Макарова, которым был вооружён племянник и телохранитель Масхадова Висхан Хаджимуратов.

15 марта 2005 года Центр общественных связей ФСБ объявил, что вознаграждение в размере 10 миллионов долларов «за Масхадова» выплачено в полном объёме, не уточнив, кто и за что его получил. Тело Масхадова было доставлено в Москву, место захоронения не разглашается. После его смерти президентом ЧРИ стал вице-президент Абдул-Халим Садулаев.

Книга, награды, семья

В феврале 1997 года Масхадов опубликовал автобиографическую книгу «Честь дороже жизни». Он был награждён орденами СССР «За службу Родине в ВС СССР» второй и третьей степеней и двумя высшими орденами ЧРИ «Честь Нации». 15 сентября 2005 года Абдул-Халим Садулаев посмертно присвоил ему звание Генералиссимуса ЧРИ, наградил высшим орденом Ичкерии «Къоман сий» и переименовал Старопромысловский район Грозного в Масхадовский.

Отца звали Али. У Аслана было три брата — Леча, Асламбек и Лема — и две сестры — Буча и Жовзан. Младший брат Асламбек был убит в 2002 году в результате спецоперации российских спецслужб. В 1972 году, приехав на побывку в село Зебир-Юрт, Масхадов женился на Кусаме Язедовне Семиевой из тейпа Гордалой. В 1979 году у них родился сын Анзор, в 1981 году — дочь Фатима. Через какое-то время Аслан и Кусама развелись. После смерти Масхадова его семья жила в Финляндии, сын Анзор учился в Малайзии. В 2016 году вдова Масхадова Кусама вернулась в Чечню.

Что о нём говорили

Оценки Масхадова расходились радикально. Генерал-полковник, Герой России Геннадий Трошев, лично встречавшийся с ним в Первую чеченскую войну, писал, что российские либералы долго искали среди чеченских сепаратистов «хоть одно человеческое лицо», пока не остановились на Масхадове, но со временем многие из них признали, что сделали не тот выбор. Бывший министр иностранных дел ЧРИ Ильяс Ахмадов называл Масхадова «аристократом духа» и «последним аристократом духа». Правозащитница Елена Боннэр утверждала, что он был не только благородным, но и хорошим человеком, и говорила это по собственным впечатлениям от личного общения. Экономист Андрей Илларионов, сравнивая Масхадова и Рамзана Кадырова, отдавал предпочтение первому. По словам Рамзана Кадырова, Масхадов — «бедолага, старик», которого «даже немного жалко».

В оглашённом в 2006 году приговоре Верховного суда Северной Осетии по делу Нурпаши Кулаева, единственного оставшегося в живых участника захвата школы № 1 в Беслане, содержится утверждение о причастности Масхадова к этому акту терроризма; тогда же он был посмертно признан одним из заказчиков теракта.

Вопросы

Правда ли, что Масхадов начинал как советский офицер?

Да. Он окончил Тбилисское высшее артиллерийское командное училище и Ленинградскую Военно-артиллерийскую академию, служил в Дальневосточном военном округе, в Венгрии и в Вильнюсе, имел звание полковника. В декабре 1992 года подал в отставку из Вооружённых сил России и уехал в Грозный.

Как он стал президентом Чечни?

27 января 1997 года Масхадов был избран президентом ЧРИ, набрав 59,3 % голосов избирателей. Его главными соперниками были Шамиль Басаев, Зелимхан Яндарбиев и Мовлади Удугов.

Кто занял его место после гибели?

После смерти Масхадова 8 марта 2005 года президентом ЧРИ стал вице-президент Абдул-Халим Садулаев. Он же посмертно присвоил Масхадову звание Генералиссимуса ЧРИ.

Что от него осталось?

Автобиографическая книга «Честь дороже жизни», опубликованная в феврале 1997 года, и приговор Верховного суда Северной Осетии 2006 года, в котором содержится утверждение о его причастности к теракту в Беслане. Место захоронения Масхадова не разглашается.