Ауэзов Мухтар Омарханович

Четырёхтомная эпопея о жизни казахского поэта-просветителя Абая Кунанбаева вышла в свет при жизни автора, была переведена на десятки языков и вошла в «Библиотеку всемирной литературы». Мухтар Ауэзов (1897—1961) шёл к ней почти тридцать лет — от первой пьесы, поставленной в юрте, до академического звания и Ленинской премии. Но между этими полюсами уместились арест, исключение из партии, увольнение из университета и десятилетия работы, которая сделала Абая известным за пределами Казахстана.

Первая пьеса и журнал, закрытый после двенадцатого номера

Ауэзов рано лишился родителей: отец Омархан умер в 1900 году, мать Нуржамал — в 1912-м. Воспитывал его Касымбек, который в 1907 году после года учёбы в медресе устроил мальчика в пятиклассное городское русское училище в Семипалатинске на земскую стипендию Чингизской волости. В 1912—1913 учебном году Мухтар с отличием окончил первый класс учительской семинарии, а завершил обучение в Семипалатинской учительской семинарии в 1919 году.

Первое его произведение появилось раньше диплома. В 1917 году в юрте жены Абая Айгерим — в виде подарка по случаю выдачи замуж и проводов Акыш, внучки Абая, — была поставлена пьеса «Енлик-Кебек», основанная на народном предании о трагической судьбе двух молодых людей. Первыми самодеятельными артистами-любителями стали внуки Абая и родственники Ауэзова. Пьеса с тех пор не сходит с казахской сцены.

В межреволюционные годы Ауэзов стал активным членом казахской молодёжной организации «Жанар», помогавшей голодающему населению южного Казахстана. В 1918 году вместе с Жусупбеком Аймауытовым он издавал в Семипалатинске журнал «Абай», закрытый по идеологическим мотивам после двенадцатого номера. В 1919 году вступил в партию большевиков, был председателем Семипалатинского губисполкома и секретарём КазЦИКа в Оренбурге, одновременно пробуя силы в драматургии и журналистике. Осенью 1922 года за «нарушение партдисциплины» и «проявления национализма» его из РКП(б) исключили. Он оставил пост в Оренбурге и поступил вольнослушателем в Среднеазиатский Туркестанский университет в Ташкенте, сотрудничая в журнале «Шолпан».

Рукописи Абая, арест и два с половиной года заключения

Весной 1923 года по предложению этнографа, историка и фольклориста Абубакира Диваева Ауэзов участвовал в научной комиссии в Чингизской волости Каркаралинского уезда — «для сбора и приемки сохранившихся рукописей переводов работ Дрейпера, Льюиса, Спенсера» и оригинальных трудов Абая, философских заметок и стихов. Спутниками его были бывшие известные алашординцы Халел Досмухамедов и Магжан Жумабаев; впоследствии это сотрудничество послужило поводом для обвинения в причастности к «Алаш-Орде».

В октябре 1923 года он поступил на филологическое отделение Ленинградского государственного университета, где познакомился с Валентиной Николаевной Кузьминой, будущей третьей женой. После первого курса вернулся в Казахстан, осенью 1925 года снова поехал в Ленинград и окончил университет в августе 1928 года. Молодая семья переехала в Ташкент, где Ауэзов поступил в аспирантуру Среднеазиатского университета и одновременно преподавал. В 1929 году родилась дочь Лейла, впоследствии доктор исторических наук, директор Дома-музея Мухтара Ауэзова.

В 1930 году его арестовали по обвинению в связи с организацией молодых казахских писателей «Алка» — и он провёл 2,5 года в заключении. Жена с дочерью вернулись в Ленинград. После освобождения Ауэзов преподавал в вузах Алма-Аты, в том числе в Казахском государственном университете и Казахском педагогическом институте, продолжая писать пьесы. Друг и поэт Ильяс Джансугуров советовал ему заняться исследованием творчества знаменитого родственника. В 1933 году Ауэзов выпустил первое полное собрание стихов Абая в Кзыл-Орде, готовил первое научное собрание его произведений, а в Казахском музыкальном театре параллельно шли его пьесы. Семья воссоединилась, в 1943 году родился сын Эрнар, будущий биолог. К первому пленуму Союза писателей Казахстана в мае 1937 года Ауэзов был уже известным казахским литератором.

«Абай», «Путь Абая» и статья в «Правде»

В Москве он много сотрудничал с писателем Леонидом Соболевым: вместе они написали трагедию «Абай», научное исследование «Эпос и фольклор казахского народа», выпустили сборник «Песни казахского народа». С началом Великой Отечественной войны Ауэзов вернулся в Казахскую ССР, работал в Институте языка, литературы и истории КазФАН СССР, затем в Казахском научно-исследовательском институте культуры. В 1942 году выпустил первую книгу романа «Абай».

В 1945 году к столетию Абая он написал либретто оперы «Абай», сценарий художественного кинофильма «Песни Абая», новый вариант биографии Абая и несколько статей о нём; в Москве вышла первая книга «Абай», а автора наградили орденом Трудового Красного Знамени. На следующий год Ауэзов стал доктором филологических наук, профессором, академиком АН Казахской ССР. В 1947 году опубликована вторая книга «Абай» на казахском языке, в 1948-м — обе книги на русском. Тогда же, в 1948 году, ему присудили Сталинскую премию первой степени за роман «Абай», который впоследствии стал первой частью эпопеи «Путь Абая».

Через четыре года последовал удар. В 1952 году вышли в свет первая книга «Путь Абая» на казахском языке — и в том же году на страницах «Правды» вновь было выдвинуто обвинение в недостатке гражданской бдительности у Ауэзова; статью от 30 января на следующий день перепечатала «Казахстанская правда». Профессора и академика уволили за «буржуазно-националистические ошибки» из университета и вывели из коллектива авторов многотомной «Истории Казахской ССР». Он уехал в Москву и два года читал лекции по казахской литературе на кафедре литератур народов СССР МГУ.

В 1954 году в Москве Ауэзов завершил третью книгу тетралогии, вошёл в редколлегии журналов «Иностранная литература» и «Дружба народов», выступил с докладом о творчестве Абая на торжественном собрании в Колонном зале Дома Союзов 23 сентября 1954 года — и триумфально вернулся в Алма-Ату, где был восстановлен во всех должностях. В 1956 году закончил последнюю, четвёртую книгу «Пути Абая». В 1959 году за дилогию «Путь Абая» ему присудили Ленинскую премию.

Чужое имя на титульном листе

Роман при жизни автора был переведён на русский язык бригадой переводчиков во главе с Соболевым — так это выглядело официально. На деле перевод сделала репрессированная переводчица Анна Никольская: её перевод первого тома «Абая» 1945 года, выполненный под наблюдением автора, выдержал около двух десятков изданий, и именно с него роман переводили более чем на 20 языков. Имя Никольской на титульном листе не значилось. Подготовленный ею в конце 1940-х перевод второго тома Гослитиздат выпустил как «перевод с казахского под общей редакцией Леонида Соболева». После жалобы Никольской Константину Симонову в 1949 году была создана комиссия под руководством Евгенова, которая предпочла проигнорировать представленные бесправной ссыльной доказательства. Авторство Никольской юридически подтвердили лишь в 1960-е, но присвоенных Соболевым гонораров она не получила. К 110-летию со дня рождения Ауэзова тетралогия вышла в новом переводе Анатолия Кима.

Драматургия, «Манас» и последние годы

Помимо эпопеи Ауэзову принадлежит свыше 20 пьес. Драма «Кара-Коз», восстановившая национальные и бытовые особенности народных певцов Казахстана, получила первую премию на конкурсе драматургов в 1926 году в Кызыл-Орде. Особое место занимает «Байбише-токал» («Жены-соперницы»). Среди рассказов — «Судьба беззащитных» (1921), «Кто виноват?» (1923), «Женитьба» (1923), «Образованный гражданин» (1923), «Красавица в трауре» (1925); повесть «Выстрел на перевале» (1927) была экранизирована в 1968 году. Из пьес — «Айман-Шолпан» (1934), «Абай» (постановка 1940, совместно с Соболевым), «Кара кипчак Кобланды» (1943—1944), «Зарница» (1934), «На границе» (1937), «В час испытаний» (1942), сценарий кинофильма «Песни Абая» (1945).

Ему же принадлежит первая после трудов Чокана Валиханова монография о киргизском эпосе «Манас» и создание свободного варианта его текстов; обоим казахским исследователям в Бишкеке установлены памятники.

Начались зарубежные поездки в составе литературных делегаций — в Индию в 1955 году, в ГДР, Чехословакию, Японию в 1957-м, в США в 1960-м. В 1958 году Ауэзова избрали вице-председателем Совета солидарности стран Азии и Африки. Летом 1961 года он уехал в Москву на лечение и умер 27 июня во время операции; похоронен в Алма-Ате на Центральном кладбище.

Что осталось после Ауэзова

В 1961 году его именем назвали одну из главных улиц Алма-Аты, позднее — Ауэзовский район города. В 1963 году в двухэтажном доме писателя на улице Тулебаева открылся Дом-музей, многие годы им руководила дочь Лейла Мухтаровна. В 1964 году на могиле установили памятник-бюст по модели Евгения Вучетича, на мраморе высечено: «Вечно жив тот, кто миру оставил бессмертное слово». В 1965 году участники высокогорной экспедиции присвоили имя Ауэзова одному из пиков Тянь-Шаня высотой 5957 м. Имя писателя носят Институт литературы и искусства, где он много лет проработал, и Казахский государственный академический театр драмы в Алма-Ате, каждый сезон традиционно открывающийся его пьесой «Айман-Шолпан».

Вопросы

Правда ли, что «Путь Абая» перевёл не Соболев?

Да. Перевод первого тома выполнила репрессированная переводчица Анна Никольская под наблюдением автора, но на титульном листе её имя не значилось. Авторство юридически подтвердили лишь в 1960-е, гонораров она не получила.

За что Ауэзова исключили из партии?

Осенью 1922 года — за «нарушение партдисциплины» и «проявления национализма». В 1930-м последовал арест по обвинению в связи с организацией «Алка» и 2,5 года заключения.

Почему его уволили из университета?

После статьи в «Правде» от 30 января 1952 года с обвинением в недостатке гражданской бдительности профессора и академика уволили за «буржуазно-националистические ошибки» и вывели из авторского коллектива «Истории Казахской ССР».

Сколько лет он работал над Абаем?

Первое полное собрание стихов Абая Ауэзов выпустил в 1933 году, первую книгу романа — в 1942-м, последнюю, четвёртую книгу «Пути Абая» — в 1956-м.