Патрик Модиано

Шестой роман принёс ему Гонкуровскую премию, а спустя 36 лет — Нобелевскую. Патрик Модиано пишет об одном и том же: о памяти, которая обманывает, и о прошлом, от которого не убежать. Его герои бродят по Парижу, разыскивая людей, которых уже нет, и сами не знают, зачем.

Детство в тени оккупации

Модиано родился в 1945 году в Булонь-Бийанкуре. Его отец, еврейский коммерсант Альбер Модиано, во время войны жил по подложным документам и не носил жёлтую звезду — он занимался нелегальной торговлей. Мать, фламандская актриса Луиза Колпейн, выступала перед оккупационными войсками. Родители познакомились осенью 1942 года в оккупированном Париже, поженились в феврале 1944-го и разошлись в начале 1960-х.

Младший брат Руди умер в десять лет, в 1957 году. До 1982 года Патрик посвящал ему все свои романы.

От уроков геометрии — к литературному кругу

В лицее Генриха IV геометрию Модиано преподавал Раймон Кено — друг его матери. Кено ввёл юношу в литературный круг издательства «Галлимар». Первый роман «Площадь Звезды» вышел в 1968 году и сразу сделал Модиано известным во Франции.

Писатель признавался: «Мой сюжет — время». В интервью 1975 года он говорил, что «одержим предысторией, прошлым», а прошлое для него — «смутная и постыдная эпоха оккупации». При этом сам Модиано уточнял: «Оккупация в моих романах имеет мало общего с реальными 40-ми годами. Я создаю атмосферу, которая напоминает оккупацию, но в конце концов не так уж на неё и похожа».

Гонкуровская премия и признание

В 1978 году шестой роман «Улица тёмных лавок» получил Гонкуровскую премию. Книгу перевели на десятки языков; первый русский перевод появился в 1987 году. К тому времени Модиано уже получил Большую премию Французской академии за роман «Бульварное кольцо» (1972) и премию Фенеона за первую книгу.

В 2000 году он стал членом жюри Каннского кинофестиваля, а в 2010-м получил Международную премию Чино дель Дука.

Нобелевская премия: «искусство памяти»

В 2014 году Нобелевский комитет присудил Модиано премию по литературе — «за искусство памяти, благодаря которому он выявил самые непостижимые человеческие судьбы и раскрыл жизненный мир человека времён оккупации».

Российский издатель Вадим Назаров, выпускавший книги Модиано в серии «Будущие нобелевские лауреаты», объяснял: «Это автор очень атмосферный. Он умеет подметить и передать тонкости и нюансы человеческих отношений. Он умеет создать уникальную атмосферу, например Париж 20-х годов, и даже специалисты не могут объяснить, за счёт каких приёмов это происходит».

Почему его называют «писателем памяти»

Герои Модиано — неприкаянные, «лишние» люди, занятые поисками корней и начал. Писатель не заботится о правдоподобии мотивировок, но одержим исследованием времени и роли искусства. Он пародирует стиль Шатобриана, Рембо, Руссо, Пруста и Селина — и создаёт чувство ирреальности, двусмысленности, таинственности происходящего.

Французский критик Жак Бреннер заметил: «Знаменитая память Модиано — на самом деле продукт его воображения».

Что осталось от Модиано

Правда ли, что все его книги об оккупации?

Нет. Сам писатель говорил, что оккупация в его романах — не исторические события, а «неверный свет моих истоков». Это атмосфера, а не хроника.

Почему его романы так трудно пересказать?

Потому что в них нет привычного сюжета. Герои вспоминают, ищут, бродят по Парижу — и читатель вместе с ними теряется в тумане прошлого.

Кто из русских писателей близок Модиано по духу?

В доноре нет информации о сравнении Модиано с русскими писателями.