Жорж-Луи Леклерк де Бюффон

Его главный труд — 36 томов «Естественной истории» — читали в гостиных, а не только в академических кабинетах. Жорж-Луи Леклерк де Бюффон, граф и королевский интендант, умудрился занять место между строгой наукой Линнея и вольными рассуждениями философов Просвещения, за что его одни превозносили, а другие — критиковали.

Родившийся в 1707 году в семье советника бургундского парламента, Бюффон, казалось, был обречён на карьеру юриста. Однако судьба распорядилась иначе: дуэль с офицером вынудила его бежать из Анже, где он изучал естественные науки, и отправиться в путешествие по Европе. Именно эти странствия, а не университетские штудии, сформировали его как мыслителя.

Интендант сада и вольный предприниматель

Вернувшись во Францию, Бюффон не стал корпеть над фолиантами в тиши кабинета. Унаследовав солидное состояние, он занялся делом: в родовом имении Монбар наладил производство паркета и кованых садовых оград. Эта практическая жилка позже сослужила ему службу — когда морской министр Морепа поручил Академии наук исследовать пригодность разных пород дерева для кораблестроения, именно Бюффон, знавший лесное дело не понаслышке, провёл масштабные эксперименты и представил самый полный отчёт. От предложенной должности главного интенданта лесных угодий он отказался, но в 1739 году принял пост интенданта Королевского ботанического сада в Париже, который занимал до конца жизни.

Альтернатива Линнею

В то время как его ровесник Линней строил стройную систему классификации, Бюффон видел в этом лишь формальность. Его интересовали не ярлыки, а жизнь: нравы животных, их образ жизни, связь с окружающей средой. Он полагал, что природу нельзя втиснуть в жёсткие рамки, и стремился описать её во всём многообразии, собрав воедино факты из всех отраслей естествознания. Современники упрекали его в недостатке терпения для кропотливых исследований и в пристрастии к «блестящим гипотезам», однако именно этот подход позволил ему сделать то, чего не смогли систематики: отделить науку от теологии и заставить образованную публику задуматься о естественной истории мира.

Спорные идеи, изменившие науку

Сегодня научная ценность сочинений Бюффона невелика, но его идеи стали катализатором для целой эпохи. Он одним из первых заговорил об изменяемости видов под влиянием климата и питания, бросив вызов догме о неизменности творения. Его мысль о родстве человека и человекообразных обезьян, проблема вымирания видов — всё это было высказано в то время, когда подобные утверждения требовали немалой смелости. В области геологии он предпринял попытку систематизировать знания о развитии земного шара, предложив собственную теорию его эволюции.

Пожалуй, ни один учёный XVIII века не вызывал столь противоречивых оценок. Философы упрекали его в поверхностности, учёные — в высокопарном стиле. Но именно этот стиль, помноженный на блестящее воображение, сделал его книги бестселлерами и привлёк в науку тех, кто никогда не открыл бы сухой трактат Линнея.

Признание и память

Формальное признание пришло к Бюффону при жизни: он был членом Парижской академии наук, Французской академии, Лондонского королевского общества и иностранным почётным членом Петербургской академии наук. Людовик XV возвёл его в графское достоинство, а Людовик XVI почтил учёного бюстом с надписью «Ум, равный величию природы». В 1970 году его имя получил кратер на Луне.

Частые вопросы о Бюффоне

Почему Бюффона считают основоположником эволюционизма?

Он первым в европейской науке высказал идею об изменяемости видов под влиянием окружающей среды, в отличие от Линнея, настаивавшего на их постоянстве. Эти идеи подготовили почву для эволюционной теории, появившейся столетие спустя.

В чём главная заслуга Бюффона перед наукой?

Он положил конец смешению теологии и естествознания, а также создал первый подлинно научный труд по зоологии — «Естественную историю», описавшую всех известных на тот момент млекопитающих и птиц.

Кем работал Бюффон в Королевском ботаническом саду?

Он был его интендантом с 1739 года до самой смерти. Этот пост дал ему административный ресурс и время для работы над «Естественной историей».